Все по-настоящему (ЛП)
- Автор: Кэмерон Челси М.
- Серия: Правила любви #1
- Язык: русский
- Переводчик: Сайт Дамский клуб LADY "lady-webnice-ru"
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Все по-настоящему (ЛП)». Краткое содержание книги:
Когда девственнице Шеннон Трэверс до чертиков надоедают требования подруг найти себе парня, она заручается поддержкой парня с татуировками и ирокезом – студента факультета изобразительного искусства Джетта. Он с удовольствием подыгрывает ей, согласившись на Липовые Отношения, регламентированные «Десятью правилами Липовых Отношений», которые предложила установить помешанная на контроле Шеннон. Даже несмотря на то, что ему нравится эти правила нарушать. Часто.
Но что произойдет, когда станет понятно, что Липовые Отношения не такие уж… липовые? Сможет ли Шеннон позабыть о необходимости все контролировать и впервые в жизни позволить себе чувствовать ПО-НАСТОЯЩЕМУ?
Хави хохочет.
– Ты мне нравишься. Можешь зависнуть тут, когда закончится этот маленький спектакль. Почему бы тебе не рассказать обо всем подругам? Или кто они тебе теперь. Я имею в виду, к чему продолжать этот цирк? Ясно же, что вы двое не хотите Липовых Отношений.
Что? О чем он?
Смотрю на Джетта, но он буравит Хави сердитым взглядом. По-моему, я что-то упускаю. Что-то важное.
– На этом я собираюсь заткнуться, – заявляет Хави.
Он выхватывает у Джетта пакеты с покупками и, громко напевая, направляется в кухню, а я поворачиваюсь к Джетту.
– Не хочешь объяснить?
– Нет, – резко и зло отвечает мой Липовый Парень.
Я всего пару раз прежде слышала этот его тон, но после всех нарушенных нами сегодня правил я настроена по-боевому, поэтому не собираюсь оставлять его в покое.
– О чем он говорит, Джетт? Ответь мне!
Касаюсь его руки, но он отворачивается от меня.
– Просто забудь, Шеннон. Оставь. Все. Как. Есть. Я не могу говорить об этом с тобой.
Он был зол, когда разговор начался, но теперь буквально умоляет. Точно так же, как настойчиво просил не задавать вопросов, когда я расспрашивала его о семье. Он просто не был готов говорить об этом.
– Прекрасно. Найдешь меня, когда созреешь.
Обхожу его и иду в кухню. Веселая часть дня закончена, и теперь я немного раздражена, но это не остановит меня от приготовления самых эпических в мире начос и последующего их истребления.
Так что именно этим я и занимаюсь, а Хави мне помогает. Джетт молчаливо и отстраненно наблюдает за нами. Сейчас до него не достучаться. Хави чувствует висящее в воздухе напряжение, так что ведет себя еще жизнерадостнее, чем обычно.
– Твои подружки снова разрывают мой телефон, – тихо говорит Джетт, показывая мне сообщения.
Они пестрят заглавными буквами и довольно убедительны. Мне по-прежнему не хочется видеть девчонок. Я высказала все, что хотела, и им надо сесть и немного подумать над моими словами. Им что, делать больше нечего, кроме как волноваться обо мне?
Прошу Джетта не обращать внимания на сообщения, что он и делает, выключая телефон. Хватит!
Мы готовим начос просто астрономических размеров. Хот-доги, гамбургер, пепперони, острый соус, перчики халапеньо, оливки, лук, помидоры, свежая кинза и другая зелень, курятина, лобия, грибы и два разных сорта сыра.
– Это какие-то, мать их, безумные начос, – замечает Хави, пока мы наблюдаем за пузырьками плавящегося в духовке сыра.
Пройдет вечность, прежде чем все это приготовится, учитывая, сколько там разной хрени, но мы терпеливы. Ну, по крайней мере я.
– Думаю, я… ненадолго пойду к себе, чтобы не мешать процессу готовки, – говорит Хави, переводя взгляд с меня на Джетта. Сама тактичность.
Как только дверь его спальни закрывается, Хавьер врубает музыку на полную, так, чтобы не было возможности подслушать, даже если бы очень захотелось.
– Что с тобой такое? Я понимаю, ты не желаешь, чтобы я задавала вопросы, но я буду. Если ты не хочешь этого делать, то нам необязательно это делать. Можешь прямо сейчас сказать слово. Покончить с этим. Одним махом.
Джетт облизывает губы и вцепляется в крышку кухонной стойки.
– Я не хочу с этим кончать.
– Ну, у нас все еще остается неделя или около того.
– Нет, я не желаю, чтобы все закончилось через неделю. Я не желаю, чтобы это закончилось… вообще.
Повисшая после этих слов тишина заставляет меня тяжело сглотнуть. Смысл слов Джетта ускользает от меня, пока я пытаюсь осознать, что он только что сказал. Я чуть не прошу его повторить, чтобы убедиться, что все правильно расслышала.
– Пожалуйста, скажи что-нибудь. Я не хотел тебе об этом говорить, но ты загнала меня в угол, Шен.
– Погоди, я думаю. Это довольно неожиданно. Я этого не планировала. То есть я знаю, что влюблена в тебя, но не представляла, что ты…
Осекаюсь на полуслове. Ой! Я не собиралась ему об этом сообщать.
– Ты в меня влюблена?
Голос Джетта такой тихий, что я его почти не слышу.
И тут срабатывает дурацкий таймер, и его звонок звучит как выстрел. Мы подскакиваем, словно в нас и правда выстрелили. Я на автомате отодвигаюсь от Джетта, иду к печке, выключаю ее и вытягиваю начос. Слышу, как сзади подходит Джетт. Он опускает руки мне на плечи и дышит мне в волосы…
– Шеннон?
В дверь яростно барабанят.
Глава 19
– Твою ж мать! – вырывается у меня, когда Хави вылетает из своей комнаты.
– Не обращайте на меня внимания, продолжайте.
Он смотрит в дверной глазок, а когда поворачивается ко мне, на нем лица нет.
– Это Хейзл. И остальная банда. Что мне делать?
Джетт пятится подальше от меня, и в моей голове полный сумбур от быстрого поворота событий.
– Мы можем закончить попозже, – говорит Джетт, отступая от меня еще на шаг.
Он снова закрылся, так что даже если я пошлю подруг подальше, сейчас мы с ним ничего не решим.
Хейзл снова барабанит в дверь.
– Ну давай же, Шен. Я же знаю, что ты там. Просто хочу убедиться, что ты в порядке. Я за тебя волнуюсь и скучаю по тебе, и девчонки тоже здесь, и чувствуют себя еще дерьмовее, и они хотят извиниться. Так что скажи Хави, чтобы он нас впустил.
Вздыхаю, но киваю Хави. Наверное, идея дать им немного поразмыслить о том, что они наделали, была дурацкой.
Он медленно открывает дверь.
– Я впускаю вас, потому что меня попросила Шеннон. Если она скажет, что хочет, чтобы вы ушли, то вы уйдете. Ясно?
Хави немного напрягает бицепсы, так, на всякий случай.
– Ты теперь у нее вышибалой заделался? – спрашивает Хейзл, направляясь мимо него прямиком ко мне.
Она пытается меня обнять, но я отступаю. Остальная «банда» плетется за ней с таким видом, словно их на смертную казнь ведут.
– Ты оставила телефон, и я с ума сошла от беспокойства. Я знала, что ты здесь, и тебе нужно какое-то время, но я так больше не могла. Нам надо все обсудить. Терпеть не могу ссориться.
И тут она разражается слезами. Безобразными рыданиями со всхлипываниями и подвываниями. Этого достаточно, чтобы я растаяла и обняла ее. Как и в предыдущий раз. Мне невыносимо видеть ее такой расстроенной.
– Мне очень жаль, что я так с тобой обращалась. Ты права. Я злоупотребляла твоим добрым отношением и давила на тебя, и это было неправильно, теперь-то я понимаю. Я все что угодно сделаю, лишь бы мы снова стали лучшими подругами. Ты делаешь меня лучше. Я была такой сучкой, пока не встретила тебя.
Последняя фраза заставляет меня рассмеяться.
– Я знала, что ты сучка, Хейз. И не ты одна здесь виновата. Мне следовало постоять за себя. Надо было дать вам всем отпор, когда вы заявили, что я должна пойти и найти себе парня. Надо было послать вас всех на фиг.
Хави фыркает.
Хейзл шмыгает носом, и я вытираю ее слезы большими пальцами.
– Мне очень жаль, – снова повторяет она.
– Знаю.
Я снова ее обнимаю и слышу, как кто-то опять шмыгает носом. Теперь плачут все девчонки. Хави по очереди протягивает им салфетки, по мере того как подруги, одна за другой, подходят и обнимают меня, принося свои извинения. Этого я всегда и хотела. Чтобы они обращались со мной по-человечески. Как с подругой. А не с тем, кто нуждается в ОТВРАТИТЕЛЬНОМ совете. Или во вмешательстве в личную жизнь из лучших побуждений. Объясняю все это девчонкам, и они, кажется, меня слышат. По-настоящему слышат.
– Хватит обращаться со мной, как с маленькой. Я не ребенок. Я ваша подруга и взрослый человек. Я люблю вас, но должна сама решать, как жить.
Они соглашаются со мной, и мы все вместе обнимаемся. Хави начинает мне аплодировать, девчонки присоединяются к нему, и я раскланиваюсь. Джетт наблюдает за всем этим, стоя за моей спиной, и я знаю, что он мной гордится, но у нас все еще есть неоконченное дельце.