Куафёр из Военного форштата. Одесса-1828
- Автор: Кудрин Олег Викторович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Фолио
- ISBN: 978-966-03-9642-5
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Куафёр из Военного форштата. Одесса-1828». Краткое содержание книги:
Да, Горлис теперь по-новому посмотрел на ссору с Кочубеем. Если признать обоснованность позиции Степана, то нужно с ним мириться. Но как это сделать? Хорошо, конечно, что они не наговорили друг другу грубостей, не осложнили дело до крайности. Но и без того решающий разговор вспоминался в крайне неприятных красках. Этот насмешливый тон, эти шуточки. Натан понял, что сам не сможет приехать в хату Кочубея. Ну а Степан домой к нему вообще не ездил. Точнее, мог приехать позвать во двор, но в дом не входил. Говорил, что чурается панской атмосферы.
Ага, а в дома Фундуклея пойти не почурался!
Так-так-так, кажется, снова начала просыпаться злость на Степана. Следом же, как и раньше бывало, начала вспоминаться его Надежда. Да что ж за наваждение такое с этими Кочубеями, когда оно закончится и как разрешится?..
И вновь о войне. Мы ж забыли сказать: в мае пала еще приморская крепость Кюстенджи[49], что благоприятствовало снабжению. Так что в июне война шла своим чередом, показывая очередные успехи. Но если румынские княжества с дружественным православным населением были заняты безо всякого сопротивления, то теперь задачи становились всё сложнее. Нужно, перейдя Дунай, двигаться далее на юг. Там же — преодолевать сопротивление турецких войск и часто — местного населения. А также вновь и вновь осаждать османские фортификации. Главнокомандующим Дунайской армии был генерал-фельдмаршал Пётр Витгенштейн, любимец России, «спаситель Петербурга» в войну 1812 года, начальником штаба — генерал-адъютант Павел Киселев.
(Ежели позволите, снова несколько слов о том, что было известно Натану из пересказов Фины. Павла Дмитриевича хорошо знали в Одессе, он проживал тут — когда не мешали армейские дела — со своею супругой Софией Потоцкой. Говорили, что их брак, некогда заключавшийся по большой любви и вопреки сопротивлениям невестиной матери, Софии-старшей, со временем дал трещину. Началось это после смерти от болезней их двухлетнего сына. Да тут еще, как на беду, Киселев подпал под обаяние очаровательной свояченицы — Ольги Потоцкой, ставшей в браке Нарышкиной. Злые одесские языки в связи с этим называли Воронцова, Киселева, а также равнодушного к жене Льва Нарышкина, который, в свою очередь, больше любил чаевать у жены своего дядюшки, «тремя кузенами» или же «тройкой», причем последнего — «коренным», а двух первых — «пристяжными»[50].)
Ну, собственно, всем означенным знания большинства одесситов о войне заканчивалось. Но из-за взятия Кюстенджи городских работ прибавилось. Теперь во всех портах имперского юга нужно было готовить корабельные транспорты для доставки людей и грузов к месту военных действий.
Драгоценный читатель, видимо, мог заметить, что автор будто бы тянет время, сбивчиво и неловко говоря о том о сём, но откладывая нечто важное, однако неприятное, подальше. Увы, нужно, нужно всё-таки сказать…
Дело в том, господа, что 18 июня погибла наша замечательная мастерица, модистка Ивета.
Впрочем, обнаружено это было только на следующий день, во вторник. Одна из клиенток девушки пришла к ней за украшениями к шляпке, заказанными накануне. Но в назначенное время никто не открывал. Тогда можно было решить, что Ивет (как ее часто называли на французский манер) забыла о времени предоставления исполненного заказа да ушла куда-то по делам. Как говорила позже свидетельница, ей «сердце подсказало, что что-то не так».
Но логичнее было предположить иное: женщина последовала широко распространенной российской привычке смотреть в замочную скважину. А сделав это, она увидела, что комната модистки закрыта на ключ изнутри. Следовательно, Ивет у себя, однако в назначенный час не открывает, не отвечает, и вообще никаких шевелений по ту сторону двери нет. Значит, что-то с ней неладно.
Заказчица спустилась вниз, чтобы рассказать обо всём работникам, отвечавшим у Горлиса за порядок в доме. Те поднялись вместе с нею в мансардный коридор и уж совершенно законно стали смотреть в замочную скважину. Из-за вставленного ключа что-то разглядеть было трудно. Но Ивет по-прежнему не отзывалась. Это было тревожно — кто знает, может, у нее приступ нездоровья и именно сейчас девушке нужна помощь? Посему решено было взламывать дверь, немедля.
49
Сейчас — крупнейший румынский порт Констанца.
50
Коренник и пристяжные — традиционные названия лошадей, запряженных в «русскую тройку».