Кровь над короной

И насчет заграницы обманул – теперь там при послах будут находиться офицеры от фельдмаршала Миниха, что начнут заниматься шпионажем под видом обычных секретарей. Причем не разово, а систематически – при Военной коллегии вскоре будет образован Главный штаб, с разведывательным отделом, а при всех инспекциях еще будут созданы отделения. Лиха беда начало – может быть, еще ГРУ удастся лет через десять в этом времени в жизнь воплотить. И это не считая самих послов и посланников, что давно шпионажем политическим занимаются, и доклады в столицу постоянно пишут – такая у них работа.

Шувалову деваться некуда – его многие сейчас ненавидят!

Да и рад будет фельдмаршал на службу вернуться, и снова увидеть, как те, кто над ним насмехались, опять трепетать начнут, а кое-кто и откровенно пресмыкаться. Такова человеческая природа – ее не переделаешь в одночасье. Бецкому лет тридцать потребуется, чтобы поколение новых дворян вырастить, для которых понятие чести станет не пустым звуком, как и верное служение отечеству.

– Но в свое отделение только самых проверенных людей отбирай, штат у тебя там будет всего в сотню человек. Вот и распредели среди них обязанности по уму. Агентура и шпионы в список сей не входят – они у тебя должны быть везде, глазами и ушами – причем не столько твоими, сколько моими. Понимаю, что маловато, так штаты у нас не резиновые, растянуть их трудно. Хотя… А пожалуй это мысль…

Иван Антонович задумался, входить в конфликт с Минихом не хотелось бы, но зато перспективы отчетливые вырисовывались. Он снова постучал пальцами по столу, принимая решение. Затем пододвинул к Шувалову несколько листков бумаги, сцепленных самой настоящей скрепкой, которые уже научились делать в дворцовой мастерской.

– Здесь я написал все, что выполнить необходимо. Во дворце под твое отделение три комнаты отдаю, плюс два дома в городе. Деньги выделю немалые, но вот о делах Третьего отделения даже в Тайной экспедиции знать не должны, – Иван Антонович нахмурился – знать то конечно, не должны, но любая спецслужба неизбежно полезет.

«Ничего, взаимный контроль дело хорошее, тем более Дворцовая служба Горезина смотреть за Суворовым и Шуваловым будет, комнаты ведь в Зимнем выделены. А они мелкотравчатого чиновника всерьез вряд ли воспримут. И зря – Порфирий Степанович весь изведется, но своих людишек в их окружение натыкает, хоть лакеями, хоть горничными. Убираться ведь в помещениях надобно, а кто их сейчас всерьез как агентов еще одной тайной полиции примет?! Так потихоньку – полегоньку, и пойдет ко мне информация, и перестану слепым себя ощущать!»