Кровь над короной

Чем будет неизбежная русско-турецкая война от происходившей отличаться будет? Или похожей станет?

Это совсем иная война!

Главный удар нанесем с юга – воевать будем руками черногорцев, сербов, македонцев, болгар, греков и прочих православных. Пусть свою кровь щедро прольют, тогда нашу веками ценить будут. И никакой самостийности – только протекторат, «братушки», и навеки. Или сами с османами сражайтесь! Как вам такой вариант?

Приятен?!

Прибрать к рукам все полезное и намертво, пока англичане благоволят. Да я нрав спрячу и им зад вымою, если для державы и ее будущего полезно будет. А оно будет!

А потому…

Хи-хи!

Дороговато англичанам моя «бесплатная» помощь встанет. Как в пословице про дурака. Но не про того, кто молился, а про помощь того, от которой одни убытки. Я вам, джентльмены и леди, сэры и сруньи, «подарочки» приготовил, на халяву, плиз. Лучше продолжайте дальше меня держать за придурка, который вам руки лижет, нельзя чтобы вы всполошились раньше срока, пока я всех православных под себя не подгребу и опорных баз по всему миру не раскидаю – вековой опыт надо учитывать.

Через шесть лет начнем «представление» – сатрапами станем, душителями свободы и первых поправок… нет, не будет их, так как конституции в разоренных дотла колониях принимать будет некому. А цену этой «помощи» в Лондоне только через полвека правильно поймут, но поздно будет. Если мои преемники не сглупят, но я им завещание оставлю тайное. Найду слова, которые их проймут до печенок.

Номером вторым панславизм пойдет, с моими гордыми галичанами и литвинами доморощенными. Они отдельным народом станут – а направление мы придадим правильное, на Львов, что у австрийцев сейчас. И вековую цель им поставим – воссоединить Галицию, освободить от немцев Словакию, Моравию и Богемию. И полякам косточек накидать нужно – пусть грызут, пока не подавятся или зубы не сломают. Главное – от будущего непотребства мы «буфером отгородились. Что я про Котор упоминал… Нет, я про катар тогда невольно вспомнил! Вот и ошибался в слове. А ведь только сейчас понял, какую пакость я под все европейские ценности подложу, причем скоро!».