Проклятие [litres]

ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ.

Птица.

Шкафчик Дейзи.

Надпись на окне моей машины.

А теперь еще и это.

– Да что это вообще значит? – сказала я вслух, ни к кому конкретно не обращаясь.

«Ничего хорошего», – ответил внутренний голос.

Дейзи подняла на нас глаза, полные слез.

– Понятия не имею, кто это сделал. И зачем. Когда… Когда я пришла, комната уже была в таком виде. А мне… надо было забрать кое-что… – Она замолкла. Шок был таким сильным, что мешал говорить.

– Тебе ни к чему перед нами оправдываться, – хрипло сказала я. – Мы тебе доверяем, даже не сомневайся. Но творится что-то страшное, Дейзи. Тебя явно пытаются прижать к стенке. Нельзя и дальше делать вид, будто все эти события никак не связаны между собой!

– Даже если бы они и не были связаны, каждое из них уже настораживает не на шутку! – заметила Лена.

– Вот-вот, – подтвердила я. – Но эти случаи связаны, и у нас не осталось ни единого повода считать иначе. Ведь так?

Я осторожно посмотрела на подруг. Я знала, что Дейзи по-прежнему цепляется за надежду с упорством, давно вышедшим за рамки разумного. Но все изменилось. Теперь уже не получится игнорировать произошедшее. Мне вдруг стало не по себе, ведь я так легкомысленно себя повела, пустив ситуацию на самотек и предоставив Дейзи свободу, пускай и не полную.

Я задумчиво молчала. Надо было послушать интуицию, а я…

– Теперь мои друзья в опасности, – сказала я вслух, но осознала это лишь тогда, когда подняла взгляд и увидела, с каким испугом на меня смотрят подруги.

По щеке Дейзи катилась слеза.

– Вы же согласитесь теперь со мной? Не будете больше спорить? – спросила я, нерешительно посмотрев на подруг.

Лена подняла взгляд и кивнула, а потом тронула Дейзи за плечо.

Та заморгала, смахивая слезы, и утерла глаза руками.

– Да, Нэнси, конечно! Ты совершенно права… Просто… мне так совестно… как же долго я пыталась это игнорировать… Надо было принять всерьез это еще тогда, когда птица врезалась в стекло! Надо было сразу попросить тебя заняться этим делом.

– Тебе нечего стыдиться, – сказала Лена непривычно мягким, успокаивающим тоном. – Мы прекрасно знаем, до чего важен тебе этот праздник.

Дейзи шмыгнула носом.

– Это так. Это мечта всей жизни. Подумать только, меня наконец взяли участвовать в именинной постановке! Ох уж эти убогие радости девчонки из крошечного города…

– Ни капли они не убогие, – сказала я, стараясь придать голосу такую же мягкость, как у Лены.

– Ну, самую малость, – упрямо сказала Дейзи, чтобы хоть немного разрядить обстановку, и я была очень ей за это благодарна.

Лена рассмеялась и кивнула.

– Вот на столечко, – сказала она, показав большим и указательным пальцем, о каких незначительных масштабах идет речь. – Но мы тебя прощаем! Мы ведь и любим тебя за эти провинциальные причуды и твое очарование!

– Прощаем, – подтвердила я и продолжила посерьезневшим голосом: – Но с одним условием: что отныне ты будешь помогать мне с расследованием. И мы наконец обо всем расскажем администрации. Как-никак речь идет о целых двух случаях возмутительного вандализма. Уверена, администрации очень не понравится, что кто-то испортил магнитную доску, что и говорить об истории с мертвой птицей и угрожающей запиской в клюве…