В прыжке [Litres]

А следом я тут же и расплакался – сам не знаю почему. Такая уж у меня теперь жизнь – как американские горки, которые вот-вот развалятся. Юаким бросился меня утешать, а дед рассказал про одного беднягу, который собирал свои слезы в стакан и держал его возле кровати. Каждое утро он заглядывал в стакан, но за ночь слезы успевали высохнуть. Так как слез вроде как не было, человеку становилось капельку лучше, по крайней мере, хватало сил вылезти из-под одеяла. Я спросил, почему ему не хотелось вылезать, и дед ответил, что вся его семья погибла в автокатастрофе и от этого он впал в депрессию. Сам-то он выжил. Вот только во время аварии машину вел он сам. Авария произошла не по его вине – в машину въехал трейлер, водитель которого был сильно навеселе, однако бедняга винил во всем лишь себя.

Возможно, дед, рассказывая это, хотел мне напомнить, что некоторым бывает и хуже. Вот только, услышав о гибели целой семьи, редко кто радуется.

Юаким сказал, что одно знает наверняка: несчастья всегда будут происходить, и большинство из них останутся совершенно бессмысленными. Иначе они не были бы несчастьями.

– Вот и с учителем несчастье случилось, – вспомнил я.

– Но ты же не его хотел убить. Значит, это не несчастье? – спросил Юаким.

– Если будешь так много думать, у тебя мозг через уши потечет, – отрезал дед, – лучше подумать о вещах поважнее. Выпьем-ка!

Мы подняли бутылки и чокнулись. Вообще-то, когда Юаким позвонил и попросился в гости, я сильно удивился. Его мама наверняка умоляла его забыть обо мне. Нет, он не убежал сюда тайком, а ныл и ныл, пока мама не поняла, что дело и впрямь важное. Она сама его сюда привезла и сейчас, скорее всего, ждала где-нибудь в кафе с книжкой и булочкой.

Каких друзей я заслужил, сказать трудно, но в одном я уверен – с Юакимом мне незаслуженно повезло. Когда дед ушел «справить малую нужду», я сказал Юакиму, что без него пиво было бы еще более мерзким, хотя оно и так не особо вкусное.

– А вдруг мы превратимся в забулдыг, которые все время сидят в баре, пока жизнь проходит мимо? – спросил Юаким.

– Зато сидеть мы там будем вместе.

– Что-то мне такая картинка не очень.

– А я вообще нас взрослыми не представляю. Мне будто бы и не верится, что мы когда-нибудь вырастем.

– Если уж я вырасту, пообещай мне, что тоже станешь взрослым.

– Ладно, по крайней мере, попытаюсь.

– Ты самый черепаший человек в мире.

– Может, мне надо просто живую черепаху увидеть?

– Помню, ты рассказывал, что однажды долго просидел в шкафу.

– Да, после той физкультуры – помнишь, когда я сбежал?

– Я тогда тоже пришел домой и залез в шкаф.

– И как, помогло?

– В шкафу очень хорошо думается.

– Ты мне сказал, что людям следовало бы почаще сидеть в шкафу, – вспомнил я.