Время перемен [СИ]
- Автор: Шалашов Евгений Васильевич
- Серия: Чекист [Шалашов] #9
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: СИ
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Время перемен [СИ]». Краткое содержание книги:
Но ему приходится задержаться.
– А ты чего? – заинтересовался я.
– А я, ухватом ее, да промахнулась. Старая стала, рука не та. Вот, годочков бы пять назад, точно бы попала.
Представив, как тетушка выцеливает ухватом Капитолину, я засмеялся.
– Смешно дураку, что рот на боку, – сообщила тетушка, а потом сама рассмеялась. И опять подошла ко мне, обняла, и поцеловала в макушку. – Эх, Володька, я же по тебе панихиду справляла. Начальник твой бывший с парнями пришли, и сообщили – так мол и так, убили Володьку в Архангельске. Погиб он геройской смертью в боях с белыми. Спрашиваю – сразу погиб-то, али как? Может, от ран умирал? А они запереглядывались, насупились, да говорят – мол, выполнял он ответственную работу в тылу врага, а англичане его насмерть замучили. Я ведь, как стояла, так и упала. Не знаю, как и жива-то осталась. А потом – уже и не помню, сколько и времени-то прошло – Николай Харитонович прибежал и говорит – мол, жив твой Володя, большой начальник теперь. Что же ты Вова, весточку-то мне не прислал? Или так на меня обижен был, что и писать-то не захотел? Уж, всяко бы из Москвы, или из Архангельска письмо-то дошло.
Я не знал, что и ответить. Конечно, была и обида, но если уж совсем откровенно, так я про тетку-то и забыл. Решил, что нужно немножко соврать.
– Я бы и написал, только нельзя, – вздохнул я.
– Подожди-ка, так ты что, опять куда-то уехал, как в Архангельск? Ведь в Архангельске-то тогда белые были да англичане? Это, чтобы опять тебя мучили?
Ох, догадливая у меня тетушка.
– Тетя Стеша, а ты не спрашивай. И про англичан ничего не спрашивай, ладно? Время придет – все сам расскажу.
– И не буду, и не рассказывай, как тебя мучили. Давай-ка лучше чай пить, а не то остынет.
И мне опять был выставлен стакан в шикарном серебряном подстаканнике (не Фаберже, проверял), а себе тетка налила в щербатую чашку.
– А Капка-то твоя, как с мужем-то у нее разладилось – не то бросил ее, не то посадили, домой вернулась. Ко мне приходила, улыбалась, спрашивала – как мол, Володя, так я ей только ухват показала, она и ушла. Сначала с комсомольцами шуры-муры крутила, но те ее отшили, так пошла на завод, секту там организовала. Коммуна, вишь… Я свечку не держала, но где это видано, чтобы парни и девки вместе жили? Свальный грех у них, ровно, как у беспоповцев, прости Господи.
Я не стал убеждать тетушку, что жители коммуны невинны, все равно не поверит, да у меня у самого на этот счет есть сомнения.
Выпив стакан чая, решил попросить у тетушки второй, погорячее, почувствовал, что мне в ногу тычется нечто твердое. Ох ты, а это же Васька!
Посадив кота на колени, принялся гладить его шелковистую шерстку, а он, басовито заурчав, вытянулся во весь рост. Поглаживая Василия, понял, чего же мне не хватало в этой жизни – простого домашнего уюта, пения котика. А еще я вдруг понял, что чужая женщина, бывшая теткой Володьки Аксенова, стала моей кровной родственницей. Эх, сюда бы еще Наташку. Сидела бы здесь, чай пила. Я бы ей даже котика уступил.
[1] Автор слегка сместил события. Синагога в Череповце была организована позже.
[2] Более подробно см. в блоге автора «Череповецкая синагога». https://author.today/post/98698
Глава одиннадцатая. Автограф императора
В кои-то веки у меня выдался отпуск – целых три дня. Пока партактив губернии, а также задействованные сотрудники милиции «шуршали», занимаясь проверкой задержанных, я отдыхал – гулял по городу, разговаривал с народом о сути и проблемах новой экономической политики, ходил с тетушкой Степанидой на рынок. Купил, кстати, ей мешок муки, подсолнечного масла, настоящего чая и сахара.
Встречались знакомые, но больше попадалось крестьян, приезжавших в губернский центр по каким-нибудь бюрократическим делам, или на рынок, или просто, ищущих по зимнему времени подработку – дрова поколоть, снег с крыш почистить, а те, у кого уцелели лошади – перевезти что-нибудь, а то и прокатить с ветерком новоявленных буржуев, желающих покрасоваться перед девушками.
Я тоже занимался хозяйственными делами – почистил от снега двор, починил покосившуюся дверь в дровяном сарайчике, а обнаружив, что он почти пустой, поговорил, на рынке с мужиками, а наутро, когда мы с тетушкой только-только проснулись, на двор привезли распиленные и расколотые дрова – и сарайчик доверху забили, да еще и поленницу сложили. И обошлось мне все удовольствие в сто тысяч. Тетушка причитала – мол, можно бы и дешевле, тыщ за тридцать, если только бревнышки привезти, а мы бы их сами и распилили, а коли любимый племянник бы чурбаки расколоть не успел, она бы уж как-нибудь дотяпала. А уж то, что за укладку в поленницы Вовка заплатил лишние пять тысяч, так это расточительство, и от соседей стыдно. Но мне, сколько себя помню, работать руками лень, а если есть деньги, так лучше я заплачу. И тетушке хорошо, и мужики довольны.