Автобиография Элис Би Токлас

А произошло все это с легкой руки человека по фамилии Фенеон. II est tres fin[51], сказал про Фенеона, который произвел на него большое впечатление, Матисс. Фенеон был журналист, французский журналист который изобрел феномен именуемый feuilleton en deux lignes, а проще говоря он первый научился забивать главную новость дня в две строки. Внешне он был похож на карикатурного дядюшку Сэма которому вдруг взбрело в голову родиться французом а Тулуз-Лотрек однажды написал его стоящим в цирке перед занавесом.

И вот теперь Бернхаймы, с чего и почему я не знаю, наняли Фенеона на постоянную работу и вознамерились связаться с новым поколением художников.

Потом вышла какая-то история, в общем этот контракт долго не протянул, но тем не менее благодаря ему Матисс изрядно поправил свои дела. Он был теперь человек с положением. Он купил в Кламаре дом и участок земли и затеял переезд. Позвольте мне описать этот дом таким как я его увидела.

Этот дом в Кламаре был очень удобный, там была даже ванная, обстоятельство которому семья Матиссов по причине долгого знакомства с американцами придавала большое значение, хотя справедливости ради стоит заметить что Матиссы и раньше и вообще всегда были людьми очень аккуратными и чистоплотными, и была она в первом этаже рядом со столовой. Но тут ничего такого, так во Франции всегда, и всегда так было, у французов дома. Если ванная на первом этаже в этом даже есть какая-то особая интимность. Не так давно мы осматривали новый дом который строит Брак и там опять-таки ванная внизу, на сей раз под столовой. Когда мы спросили, почему так, они нам ответили потому что чем ближе к печке тем теплее.

Участок в Кламаре был большой а сад такой что Матисс с чувством средним между гордостью и досадой называл его un petit Luxembourg[52]. Еще там была стеклянная оранжерея. Позже они высадили там бегонии которые из года в год делались все мельче и мельче. Чуть дальше была сирень а еще дальше большая студия-времянка. Им там ужасно нравилось. Мадам Матисс с этакой милой беспечностью ездила туда каждый день на такси чтобы оглядеться и нарезать цветов, а таксист должен был тем временем ждать ее у ворот. В те времена разве что миллионеры могли позволить чтобы у них под дверью дежурило такси да и то крайне редко.

Они переехали и были совершенно счастливы и вскоре огромная студия заполнилась огромными статуями и огромными полотнами. Был у Матисса такой период. И столь же скоро Кламар стал казаться ему настолько прекрасным что возвращаться туда как возвращаются домой под вечер он уже не мог, то бишь когда он приезжал в Париж на обычный свой час в классе этюда с обнаженной натуры, после полудня, привычка которой он не изменял наверное от самого рождения, так вот возвращаться он теперь стал днем. Его школа приказала долго жить, правительство определило бывшее монастырское здание под лицей и школе сам собой пришел конец.