Начни сначала [litres][Begin Again]

Я задумчиво прожевала пиццу. Это было восхитительно. Смесь соуса, сыра и бекона была просто идеальной. Я тут же откусила еще и застонала от удовольствия.

Доун рассмеялась, и Кейден тоже издал забавный звук.

– По-моему, ты сделала правильный выбор, – сказал Спенсер. Кейден лишь пожал плечами и откусил от своей пиццы.

– Теперь я уже не могу представить без нее свою жизнь, – вздохнула я через некоторое время, после чего все рассмеялись.

– Как получилось, что ты никогда ее не ела? Я к тому, что это как-то ненормально, – спросил Итан. Моника схватила его за руку.

– Мы все в чем-то ненормальны, Итан, – произнесла она. – Посмотри на нас. Меня завораживают ногти. Мне нравится придавать им форму, красить их…

Итан задумчиво рассматривал ее покрытые лаком ногти.

– Качество, из-за которого я люблю тебя еще сильнее, детка.

Она с усмешкой отмахнулась.

– Ты однажды пытался спуститься с горы Уилсон с доской для серфинга. Кто так делает?

– Это был спор. Кейден бросил мне вызов, – объяснил он, обращаясь ко мне и Доун.

– Чувак, я-то в чем виноват? Я ничего не могу поделать с тем, что ты делаешь все, что тебе скажут.

Я точно видела, что за куском пиццы Кейден скрывал улыбку. Морщинки вокруг глаз его выдали.

– А я тащусь от рыжих, – с полным ртом пробормотал Спенсер. Рядом со мной застыла Доун. – Это не шутка. Когда у женщины рыжие волосы, она в моих глазах в десять раз горячее.

Я рассмеялась.

– Да ты сошел с ума, чувак, – Кейден откинулся на спинку кресла и, покачивая головой, вытер салфеткой рот.

– И что с того? Моника была права. Никто из нас не нормальный, – отозвался Спенсер. – У тебя проблемы с привязанностью, Элли по какой-то непонятной причине ни разу не ела пиццу, Моника тащится от ногтей, а у Доун… рыжие волосы. – Спенсер несколько раз моргнул, словно только что впервые заметил этот факт. – Пойдешь со мной на свидание?

Все засмеялись, кроме Доун, которая стала пунцовой.

– Нет, спасибо.

Спенсер пожал плечами и снова вернулся к своей пицце. Он аккуратно снимал овощи один за другим и засовывал их в рот, прежде чем съесть тесто.

– У меня нет проблем с привязанностью, – вдруг сказал Кейден. – Я добровольно решил отказаться от отношений. Я нахожу подобное ненужным.

– Да, и смотри, что ты упускаешь, – хихикнула Моника, указывая на себя. – Доказательство А.

Он только закатил глаза.

– Помните, как я готовила вам, ребята, блины? Чудесное было время, – пробормотала она. Итан что-то промычал, я истолковала это как согласие.

– Твои блины всегда были подгоревшие, – сухо заметил Кейден. – Кроме того, ты постоянно оставляла свою косметику по всей ванной.

– Ты никогда не жаловался на блины, тут же набрасывался на них, насколько я помню.

– Только потому, что Итан заставил меня быть добрым к тебе.

– Если это доброта, то я королева Китая!

– Императрица Китая, если правильно, – пробормотал Итан. Уголки его рта предательски подергивались.