Детектив и политика. Выпуск 3, 1989
- Автор: Лем Станіслав, Саймон Роджер
- Год: 1989
- Язык: русский
- Год: Издательство Агентства печати Новости
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив и политика. Выпуск 3, 1989». Краткое содержание книги:
Липски поднял руки, и толпа ответила ему ревом. Двое телохранителей заботливо укрыли Липски плащом и помогли сойти с возвышения. Вскоре он оказался метрах в пятнадцати от того места, где я стоял с Ирвом Гурвицем. Гурвиц взял меня за руку и повел к раввину. Черные глаза Липски с пытливым интересом смотрели на собеседника из глубоких глазниц.
Гурвиц сказал:
— Иуда, это Майк Гринспэн… Я говорил тебе о нем. Из Лос-Анджелеса.
— Ясно. А где репортер из "Палестиниан пост"?
— Он сегодня не пришел, Иуда.
— Конечно… Разве он придет? Их, видите ли, интересуют только крупнейшие события. Ясир Арафат появляется на первых полосах после каждого своего чиха, а если бы меня избрали премьер-министром Израиля, то они и такой факт постарались бы замолчать.
— Стоит ли об этом беспокоиться? — сказал я. — Через сотню лет каждый город этой страны назовет одну из улиц вашим именем. А гражданские политики типа Переса или Шамира в лучшем случае удостоятся упоминания в сносках книг по истории.
Липски метнул на меня взгляд.
— А-а-а… льстец.
— Что вы?! Я действительно так думаю.
— Берегись льстецов, особенно умных. Как долго вы состоите в лос-анджелесском отделении "Эскадрона защиты евреев"?
— Недолго.
Мы подошли к микроавтобусу, один из телохранителей открыл дверцу. Липски резко повернулся ко мне.
— Я слышал, вы дружите с Иисусом бен Цви.
— Нет. Я с ним не дружу. Мы даже не знакомы.
— Зачем же вы его разыскивали?
— Я знаком с его сестрой, и она, узнав, что я собираюсь в Израиль, просила найти своего брата.
— А зачем вы приехали сюда?
— Обдумываю возможность переехать сюда жить.
Липски продолжал сверлить меня взглядом.
— Покажите мне ваше удостоверение.
— Пожалуйста. — Я полез в карман.
— Впрочем, не надо. Это не допрос.
Он жестом пригласил меня в машину, и мы поехали. Потом вышли, миновали Навозные ворота и оказались с восточной стороны Стены плача. Справа над нами возвышалась мечеть Омара и вырисовывался купол мечети аль-Акса. Внизу, у подножия горы Мориа, шли археологические раскопки. "Зачем он взял меня с собой?" — думал я. Единственное правдоподобное объяснение состояло в том, что вожди нуждаются во все новых учениках и последователях.
Вскоре мы подошли к маленькой, обитой железом двери. Липски постучал. Кто-то осмотрел нас через глазок, и дверь открылась. Мы оказались внутри трехэтажного здания, среди смуглых бородатых мужчин в черных шляпах, белых рубашках и с молитвенниками в руках.
— Где мы? — спросил я Ирва.
— В ешиве "Торат коханим".
Липски повернулся ко мне.
— Где вы остановились?
— В гостинице.
— Это, должно быть, дорого. Вы можете остаться здесь, если хотите. Вас здесь к тому же еще и многому научат. А мне пора. Рад был познакомиться с вами, Гринспэн. Надеюсь, вам понравится Израиль, и вы окончательно решите совершить алию. Большинство американских евреев привыкли к комфорту и, познакомившись с нашими условиями, забывают о своих благих намерениях. Шалом.
— Шалом.
Проводив Липски, который пробыл в ешиве совсем недолго, и попрощавшись с Ирвом, я тоже ушел. Выйдя на улицу, осторожно обошел здание, но ничего подозрительного не заметил. В гостиницу я вернулся в два часа ночи и не раздеваясь упал на кровать замертво.
Проснулся я от какого-то странного шума. В комнате было светло. В прихожей над моим чемоданом склонился худой высокий человек с черными курчавыми волосами. Я резко вскочил на ноги. В руке у непрошеного гостя сверкнул нож.
— Что вы здесь делаете, мистер Уайн? — спросил он скрипучим голосом.
— Это я вас должен спросить, что вы здесь делаете. Откуда вам известно мое имя?
— Оно, как у всех людей, записано в вашем паспорте. — Незнакомец вытащил мой настоящий паспорт из своего кармана. Фальшивый по-прежнему лежал в заднем кармане моих брюк.
— Отдайте-ка мне мои документы. — Я сделал шаг в его сторону.
Он угрожающе поднял нож.
— Что вы делаете в Израиле?
— Путешествую. Вчера почти весь день провел у Стены плача. Сегодня собираюсь в Музей жертв геноцида.
— Отвечайте правду. Что вы делаете в Израиле?
— Послушайте, я одинокий еврей, который никогда не был на земле обетованной. Чего же странного в том…