Игры судьбы

— Саш, это очень сложно, я так не могу… Я же люблю Влада.

— А он тебя? — испытывающим взглядом сканирую эмоции матери. Злость в медленном темпе замещают жалость и сожаление при осмыслении всей ситуации. — Знаешь, как говорят, мужчина, поднявший руку на женщину, мужчиной не является. Неужели тебя это устраивает?

— Нет. — неуверенно отвечает мама. Волна сомнения отражается на её бледном лице.

— Что и требовалось доказать. Это не любовь, мам, это банальная боязнь остаться, якобы, одной. — поддерживающе беру её за руку. — Прошу тебя, пока не поздно, разойдитесь по-нормальному.

— Я не могу. — повторяет заезженную фразу.

— Тебе так кажется. Я не желаю тебе ничего плохого, и ты это знаешь. — моё внимание привлекает мелькающее пятно за окном. Поворачиваю голову в направлении калитки и узнаю машину Довлатова. — Я скоро вернусь, а ты сейчас обдумай всё, хорошо?

Она согласно кивает, и я делаю попытку ободряюще улыбнуться, а затем, убедившись в отсутвии «отчима» в коридоре, выхожу на улицу. Довлатов стоит возле машины и пристально смотрит на меня. На его лице играет задумчивое выражение.

Я быстро преодолеваю оставшееся расстояние между нами и на одном дыхании произношу:

— Знаю, что это сверхнаглая просьба — подождать ещё несколько минут, но я же настырная, поэтому хочу попросить вас об этом.

— Так попроси. — бархатный баритон мужчины обволакивает слух.

— Я уже это сделала.

— Ты забыла сказать волшебное слово.

— «Волшебное слово». Ну вот, ваша просьба выполнена. — даже в данном положении я умудряюсь ёрничать. Наверное, это качество никак не отнять у меня, даже если случится конец света.

— Насколько я знаю, люди после такого говорят «пожалуйста».

— Вы правильно знаете. — задираю голову вверх, встречаясь с гипнотичческими глазами преподавателя. На мои слова он начинает ухмыляться краешком губ.

— Ох и Суворова.

— Ох и я.

— Ты хоть вещи-то успела собрать? — Дмитрий Константинович резко меняет тему и мимолётно пробегается по мне, будто оценивает что-то в своей голове.

— Да, но нужно ещё кое-что сделать. — многозначительно говорю и, не отрываясь, продолжаю следить за взглядом лектора. В серой радужке вспыхивает подозрение, смешанное с задумчивостью.

Лишь бы моё волнение не выдало меня. Не хочу впутывать преподавателя в наши семейные проблемы.

— Хорошо, я подожду. — спустя несколько секунд произносит Довлатов, позволяя мне облегчённо выдохнуть.

Я незамедлительно возвращаюсь на кухню. Гнев, ненависть, отвращение — отрицательные эмоции захлёстывают душу, когда я вижу перед собой раздражённое лицо Влада. Поодаль комнаты стоит мать, её руки нервно трясутся, а губы волнительно подрагивают. Неужели она решилась сказать о расставании?

— Это всё из-за тебя, маленькая дрянь. — мужчина шипит хрипло-прокуренным голосом и начинает шаткой походкой приближаться в мою сторону, а я лишь подтвержаю свои догадки.

— А в чём я виновата? Вы сами загнали себя на самое дно. — паралелльно с новым шагом Влада я отхожу назад. — Многие люди, потеряв работу, начинают искать новую. Не отчаиваются и не спиваются.