Время в судьбе. Святейший Сергий, патриарх Московский и всея Руси
- Автор: Фирсов Сергей Львович
- Год: 2005
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 5-7868-0020-2
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Время в судьбе. Святейший Сергий, патриарх Московский и всея Руси». Краткое содержание книги:
С. Л. Фирсов обращается к основным вехам жизни Патриарха лишь для объяснения феномена «сергианства», понимаемого им как «новое издание» старой болезни — своего рода извращенный атеизмом «византийский грех», стремление Православной Церкви найти себе место в политической структуре государства и, одновременно, стремление государства оказывать влияние на ход внутрицерковных дел.
Книга адресована всем, кто интересуется историей Русской Православной Церкви, вопросами взаимоотношений Церкви и государства.
Летом 1927 г. власть получила то, чего не могла добиться ни от Патриарха Тихона, ни от Патриаршего Местоблюстителя митрополита Петра: возможности влиять на кадровый состав русской иерархии. Что же дала русской Церкви эта жертва, какую перспективу она перед ней открыла?
Факты свидетельствуют: ничего позитивного не дала, никакой перспективы не открыла. Просто был легализован официальный «сергианский» центр, который многие представители епископата старого поставления не признали, лидер которого очевидно не пользовался нравственным авторитетом покойного Патриарха, а его Синод — не шел ни в какое сравнение с тихоновским Синодом. При этом политика безбожных властей после 1927 г. никаких существенных изменений не претерпела, более того, наступление на Церковь с конца 1920-х гг. существенно усилилось. Это и понятно: как учил товарищ Сталин, развитие социалистического строительства в стране закономерно ведет к обострению классовой борьбы. В условиях начавшегося с конца 1920-х гг. процесса коллективизации классовая борьба, понятно, должна была возрасти, следовательно, должно было возрасти и давление на «реакционную прислужницу» деревенского кулака — Православную Церковь.
Тогда же (в 1929 г.) Президиум ВЦИК принял постановление «О религиозных объединениях», согласно которому все конфессиональные общества получили только одно «право» — удовлетворять религиозные потребности верующих граждан, да и то в рамках молитвенного здания. Общественной деятельностью подобные общества заниматься не могли. Вводилась обязательная регистрация религиозных объединений и их членов местными органами. «Религиозные объединения верующих граждан всех культов регистрируются в виде религиозных обществ или групп верующих», — гласил 2-ой пункт постановления[125].
Следовательно, для властей не существовало собственно религиозных конфессий — для них имели значение только некие общества, лишенные (согласно пункту 3-му) прав юридического лица. А раз эти общества не считались юридическим лицом, то и права собственности на храм и иную недвижимость иметь не могли. Более того, «имущество, необходимое для отправления культа, как переданное по договорам верующим, составившим религиозное общество, так и вновь приобретенное ими или пожертвованное им для нужд культа, является национализированным и находится на учете соответствующего городского совета, районного или волостного исполнительного комитета и в пользовании верующих» (пункт 25-ый)[126]. Итак, даже частная собственность гражданина СССР, переданная им «для нужд культа» не переходит Церкви — она сразу же национализируется государством. О каких правах личности, даже фиктивных, зафиксированных «на бумажке», после этого может идти речь?!
Правовой «беспредел» обеспечивался и правом регистрирующего органа отводить «из состава членов исполнительного органа религиозного сообщества или группы верующих отдельных лиц»[127]. Понятно, что повод найти было нетрудно, особенно если вспомнить воинственную риторику и идеологическую заданность даже самых «безобидных» заявлений коммунистических лидеров тех лет. Так, к примеру, вскоре после издания «Декларации» (в том же 1927 г.) Ем. Ярославский откровенно предупредил верующих: «С религией, хотя бы ее епископ Сергий прикрасил в какие угодно советские одежды, с влиянием религии на массы трудящихся мы будем вести борьбу, как ведем борьбу со всякой религией, со всякой церковью»[128].
Постановление 1929 г., без сомнения, можно назвать правовой формой этой борьбы. Неслучайно религиозным объединениям запретили практически все, кроме проведения богослужения: никаких касс взаимопомощи, просветительских кружков и молитвенных собраний, не говоря уже о преподавании вероучения в учебных и воспитательных учреждениях (неважно, государственных, общественных или частных).
125
Приложение 5. Постановление Всероссийского центрального исполнительного комитета и Совета народных комиссаров. О религиозных объединениях / В кн.: Щипков А. Во что верит Россия. Религиозные процессы в постперестроечной России. Курс лекций. СПб., 1998. С. 250.
126
Там же. С. 254.
127
Там же. С 252.
128
Ярославский Ем. Против религии и церкви. М., 1932. С. 119.