Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]

Антиамериканская направленность джихадизма впервые проявилась в одновременном открытии двух фронтов. Координировалось ли их открытие или это результат простого совпадения, нельзя сказать до сих пор ввиду отсутствия доступа к соответствующей секретной информации. В декабре 1992 года на фоне нарастания хаоса в Сомали, Совбез ООН принял решение об отправке туда миротворческого контингента, состоявшего преимущественно из американских военных, для восстановления порядка и борьбы с голодом. Исламистское движение воспринимало эту операцию, первоначально носившую название «Возрождение надежды», как повод для создания плацдарма на Африканском Роге с последующим вторжением в Судан ат-Тураби. Многие прошедшие Афганистан джихадисты влились в ряды сомалийских формирований под командованием генерала Айдида и вместе с ними участвовали в боестолкновениях с американскими рейнджерами. В самом масштабном из них, 3–4 октября 1993 года, США потеряли два вертолета и восемнадцать человек погибшими. Президент Клинтон отреагировал на исход «сражения в Могадишо» решением о выводе американских войск из Сомали. Вынудило его к этому появление в американском обществе признаков так называемого «вьетмалийского синдрома» (страх перед тем, что Сомали может стать для США вторым Вьетнамом).

Это была первая вооруженная операция джихадистов против США на восточноафриканском фронте, ставшая прелюдией к взрывам американских посольств в Кении и Танзании в августе 1998 года. Им, впрочем, предшествовала первая атака на Всемирный торговый центр 26 февраля 1993 года (своего рода проба сил перед 11 сентября). Обстоятельства этого дела до сих пор окутаны тайной, не раскрытой и на суде, приговорившем главного обвиняемого, шейха Омара Абдель Рахмана, к пожизненному заключению (умер в американской тюрьме в 2017 году). Шейх был одним из главных имамов египетского джихадизма 70–80-х годов, когда выносил фетвы, оправдывавшие тех, кто грабил и убивал коптов. После убийства Садата в октябре 1981 года Абдель Рахман три года провел в тюрьме, а в 1986 году не без вмешательства ЦРУ получил американскую визу. Курсируя между США и Пешаваром и вербуя по всему миру борцов за дело афганского джихада, он утвердился в роли одного из самых харизматичных лидеров исламистского движения. Затем он вернулся на родину, но там, как эмир египетской «аль-Гамаа аль-исламийя», оказался нежелательной персоной для режима Мубарака. В апреле 1990 года он перебрался поближе к ат-Тураби, в Судан, где вновь получил американскую визу через тот же канал, что и предыдущую. Он вернулся в США 18 июля 1990 года, и уже в апреле следующего с поразительной быстротой оформил «грин-карту» в качестве имама мечети в Джерси-Сити. Впрочем, уже в июне 1991 года, когда он в очередной раз находился в отъезде за рубежом (на этот раз совершал хадж в Мекку), власти вдруг решили пересмотреть его статус резидента на том основании, что шейх не заявил о своем двоеженстве. И в июне 1992 года, чтобы избежать высылки с территории США, он был вынужден подать прошение о предоставлении ему политического убежища.