Утраченное кафе «У Шиндлеров» [История Холокоста и судьба одной австро-венгерской семьи] [litres]
- Автор: Шиндлер Мериел
- Язык: русский
- Год: Аттикус
- ISBN: 978-5-389-20907-7
- Переводчик: Татьяна В. Камышникова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Утраченное кафе «У Шиндлеров» [История Холокоста и судьба одной австро-венгерской семьи] [litres]». Краткое содержание книги:
Мирная жизнь Инсбрука и чарующая, отражающая культурные традиции Австро-Венгерской империи атмосфера открытого в 1922 году кафе «У Шиндлеров», где люди танцевали, заводили романы и где подавали самый вкусный яблочный штрудель во всей Австрии, – все оборвалось с приходом к власти нацистов. Члены семьи были разбросаны по миру, и правда об их жизни оставалась неизвестной до того времени, когда автор этой книги, «войдя в большой мир Богемии девятнадцатого столетия и Австрии двадцатого, двух мировых войн, падения империи, отравы антисемитизма и нацистской диктатуры», собрала воедино утерянные фрагменты пазла. Это рассказ не только о трагических потерях (некоторые члены семьи Шиндлер погибли в лагерях Терезиен-штадт и Освенцим), но в конечном счете о возрождении и примирении.
«Все детство нас окружали самые разные истории. Я приняла твердое решение понять отца, отделить правду от вымысла в его рассказах, точные воспоминания от неточных, а для этого мне предстояло с головой погрузиться в его прошлое и хитросплетения большой, длинной семейной истории. Мне предстояло основательно познакомиться с историей Австрии, понять, каково было жить в неспокойной стране, с высот своего имперского величия упавшей в пучину Первой мировой войны, едва не исчезнувшей и все-таки поглощенной Третьим рейхом. Мне предстояло точно узнать, что сталось с “империей Шиндлеров”». (Мериел Шиндлер)
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Я перебираю в памяти основные события. Поначалу триумф как будто возможен. За решительной победой при Капоретто в ноябре 1917 года следует своеобразный подарок к Рождеству: Россия выходит из войны. Большевики начинают переговоры о мире, условия которого закрепляют положения Брест-Литовского договора, подписанного 3 марта 1918 года. Теперь Австро-Венгрия может сосредоточиться на Южном фронте.
Проходит всего-навсего две недели, и Германия начинает масштабное «сражение кайзера» (Kaiserschlacht) на западе в надежде вырвать победу до прибытия американских войск. Триумф немецкого и австро-венгерского кайзеров, кажется, не за горами.
Но так именно только кажется. Да, победа при Капоретто – неоспоримый факт, но Австро-Венгрия разваливается на части. Моральный дух армии стремительно падает, солдаты дезертируют. Страну сотрясают забастовки, голодные бунты, гневные требования покончить с войной. Нарастание продовольственного кризиса я отслеживаю по статьям в газете Innsbrucker Nachrichten за 1917 и 1918 годы, где пишется о нехватке картофеля, о необходимости преодолеть предубеждения насчет употребления в пищу конины, о том, что в кофейнях пора запретить подавать сахар к напиткам – так посетители обходили ограничения на его употребление.
В июне 1918 года захлебывается последнее наступление Австро-Венгрии на Италию. Италия уже оправилась от катастрофы Капоретто благодаря стремительной переброске французских и британских частей для укрепления фронта по реке Пьяве – и для того, чтобы загнать в мешок упрямого итальянского главнокомандующего, генерала Кадорна. 23 октября 1918 года наступает очередь Австро-Венгрии пережить собственную версию Капоретто в сражении при Витторио-Венето: эта единственная крупная победа итальянцев за два с половиной года войны может стереть память о прошлогоднем позоре страны.
Войско Австро-Венгрии отступает, пленных итальянцы берут сотнями тысяч. Солдаты армии империи голодают и теряют волю к борьбе – причем не только славяне, чехи, венгры, но и чистокровные австрийцы. Гуго и Эрих возвращаются домой, в Инсбрук, пусть оборванные и обессиленные, но зато счастливые оттого, что их окружают родные, знакомые горы.
Австро-Венгрия подписывает перемирие с Италией 3 ноября 1918 года в городе Вилла-Джусти, близ Падуи, но спасать разваливающуюся империю слишком поздно. Народы, составляющие Австро-Венгрию, уже расходятся в разные стороны, заявляют о своей независимости. Участники протестов в Вене и Будапеште требуют радикальных перемен: кто-то за большевизм, кто-то хочет новых либеральных режимов, многие ратуют за республику.
11 ноября 1918 года кайзер Карл смиряется с неизбежным и отрекается от престола, хотя всячески избегает этого слова. В тот же день в железнодорожном вагоне во французском лесу Германия признает поражение и подписывает сепаратный мир; кайзер Германии уже успел бежать. Империи больше нет. Первая мировая война закончена.
Временное Национальное собрание в Вене несколько поспешно объявляет о создании «республики Германии и Австрии» и заявляет, что она, в свою очередь, войдет в состав новой Германской республики. Огромное количество людей всех политических убеждений выступают за то, чтобы Австрия сделала это. В конце концов, они ведь сражались и умирали бок о бок. В вакууме после исчезновения империи объединение с немцами кажется вполне логичным для немецкоговорящих народов. Этим планам не суждено сбыться.
Я полагаю, что Гуго, образцово-показательный подданный Габсбургов в первом поколении, очень опечален падением империи, за которую так беззаветно сражался. В одночасье его медали устарели, ведь на них стоят титулы и инициалы переставшего править монарха. С 12 ноября 1918 года он, как и все австрийцы, числится гражданином хрупкой, только что появившейся на свет небольшой республики. В правых и консервативных кругах уже звучат призывы к наказанию козлов отпущения, виновных в поражении, начинаются поиски не внешних, а внутренних врагов.
Однако Гуго жив. И ничего нет чудесного в том, что трое из четверых сыновей Софии живыми вернулись с войны. В вашингтонском архиве Холокоста я обнаружила копию письма, написанного моему двоюродному брату Джону Кафке после Второй мировой войны, в котором автор пишет, что София обладает всеми качествами «абсолютного правящего матриарха» и управляет семейством Шиндлер «подобно королеве-матери». Возвращение ее сыновей к гражданской жизни означает, что в шестьдесят два года она может наконец-то отойти от руководства семейным бизнесом.