Утраченное кафе «У Шиндлеров» [История Холокоста и судьба одной австро-венгерской семьи] [litres]

С высоты две трети видно все, вплоть до побережья Адриатического моря; с вершины открывается потрясающий вид на Национальный парк до Триглава, высочайшей горы Словении. Ниже расположился городок Капоретто, ныне Корабид. Сейчас в воздухе парят десятки разноцветных дельтапланов, а мы подкрепляемся гороховым супом в домике на вершине горы. Все так мирно и красиво. Мне приходит в голову, что это место, эта земля, за которую сто лет назад схлестнулись Австрия и Италия, не принадлежит теперь ни той, ни другой стороне.

Я проверяю свои знания по истории. 16 июня 1915 года итальянцы ухитрились стремительно захватить гору Крн. Третий полк «альпини» (горных стрелков), обернув ботинки соломой, чтобы они меньше стучали, в темноте взобрался на гору. В рукопашной схватке они победили австрийцев на маленьком пятачке у вершины, где еле уместились бы два человека, не то что целое воинское подразделение. Свою Монте-Неро они удерживали два года, но так и не сумели сполна воспользоваться преимуществом и изгнать австрийцев с соседних горных хребтов. А потом случилось то, что случилось Капоретто…

Поднявшись выше дома на склоне горы, я нахожу пещеру, которая переходит в небольшую систему туннелей. Проходя по ним, обнаруживаю множество ржавых остатков консервных банок и понимаю, что солдаты здесь спали, ели и искали укрытия за их сырыми, покрытыми мхом стенами. Совсем неподалеку от вершины я обретаю военный сувенир: гильзу от пули, покрытую зеленоватой патиной. Ее длина примерно 5 сантиметров.

На гильзе нет шляпки, значит, она стреляная, и поэтому ее корпус перекручен от нагрева при разрыве; она похожа на тюбик, из которого выжали краску. Тупой конец гильзы совершенно не поврежден, на нем хорошо видны штампованные цифры и буквы: «1914», «VIII», «IBM». Потом музей в Корабиде устанавливает, что пуля изготовлена в Австро-Венгрии. Миллионы таких же пуль усеивали склоны после войны, и туристы находят их даже сейчас.

Там же, в музее, я обнаруживаю необычную рельефную карту горы Крн, на которой красным и синим пунктиром обозначены итальянские и австро-венгерские позиции. На самой вершине горы и хребтах, расходящихся от Крна, их разделяет всего-навсего несколько метров. Та война иногда велась на очень близком расстоянии, можно сказать, интимно. Проходя по залам и пристально вглядываясь в поразительные черно-белые фотографии, я слышу, как мальчик лет семи поворачивается к маме и громко говорит по-немецки: «Мам, война – ведь это же ужас!» (Aber Mutti, Krieg ist schrecklich!)