Молчание [ЛП]

Мгновение — это все, что она дает мне, прежде чем направить меня к своему входу. Она откидывается назад, смотрит на меня бездонными черными глазами, на ее коже цвета слоновой кости проступают красные и черные вены, и опускается на меня.

По одному влажному, тугому дюйму за раз.

Спина прогибается, бедра отрываются от земли, я кричу вверх к солнцу, голова падает обратно на землю.

Поворот ее бедер, моя длина всасывается самой восхитительной, шелковистой киской, в которой я когда-либо был, и я остаюсь дергающимся беспорядком, кончающим против своей воли.

— Святое дерьмо, Каламити! — вскрикнув, она наносит новый удар, на этот раз по другой стороне моей шеи. — Черт!

Моя самка питается мной.

Мой член наполняет ее семенем.

Наши сердца бьются в такт, пульсация почти разрывает мою грудь.

Ногти впиваются в мои грудные мышцы. Ее бедра сгибаются по обе стороны от меня. Затем она скачет на мне со всей своей сверхъестественной скоростью, попка подпрыгивает в моих руках, сливая один оргазм с другим, приближающимся, более сильным.

Я еще не до конца осознал, что нахожусь внутри нее, что ее шелковистые стенки доят меня, а она уже держит меня на грани взрыва. Наслаждение нарастает в моем паху, мои собственные бедра сгибаются от напряжения. Дрожащими руками я откидываю назад ее волосы, срываю с нее удавку. Как пуля, он пролетает сквозь стволы нескольких деревьев, большой черный бриллиант служит снарядом.

Плевать. Я либо найду его для нее позже, либо куплю другой.

Застонав, я откидываю ее волосы, обнажая сочную артерию. Она пульсирует в такт с ее киской, умоляя меня укусить ее.

Взять ее в себя еще раз и укрепить ее нечестивую власть надо мной.

Губы расходятся, и я наношу ей свой удар, впиваясь своими чудовищными зубами в ее тонкую, хрупкую на вид шею. Все кружится от моего первого вкуса, мир снова расплывается в совершенном хаосе. Мы питаемся друг другом. Встречая каждый толчок ее бедер своими толчками. Чувствую, как она капает на меня своими соками и моей спермой.

Руки царапают ее, впиваются в пухлые половинки ее задницы. Бешеные движения, порывы страсти, я беру в ладонь одну грудь, играя с ее тугим соском.

— О, черт, — задыхается она, отпуская укус, каждый дюйм ее дрожит.

Всасывая в себя еще одну густую, восхитительную волну ее крови, я поднимаюсь с земли. От удара ее спины о землю все вокруг сотрясается, образуется небольшой кратер в форме ее тела.

Мои татуированные пальцы срывают последнюю часть платья, поднимают одну ногу и закидывают на плечо. Я все еще внутри нее, только проколотый кончик, и у меня есть секунда, чтобы принять это зрелище.

Мое. Моя женщина. Опасные мысли.

Непреодолимые мысли.

Ее кровь стекает по бокам моей бороды, я отрываю ее бедра от земли.

— Держись за меня, малышка. Немедленно.

Ее ногти надежно держат меня, ее полностью черные глаза наливаются красным цветом. Достаточно, чтобы я мог видеть сквозь их темноту, видеть ее расширенный зрачок. Черные и красные вены, проступающие сквозь ее кожу, делают ее словно высеченной из мрамора.