Жизнь двенадцати царей. Быт и нравы высочайшего двора
- Автор: Снегирёв Иван Михайлович, Свиридов Тимофей Романович
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-145-0
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Жизнь двенадцати царей. Быт и нравы высочайшего двора». Краткое содержание книги:
В первой части вы найдете воспоминания Ивана Брыкина, прожившего 115 лет (1706 – 1821), восемьдесят из которых он был смотрителем царской усадьбы под Москвой, где видел всех российских императоров, правивших в XVIII – начале XIX веков. Во второй части сможете прочитать рассказ А.Г. Орлова о Екатерине II и похищении княжны Таракановой. В третьей части – воспоминания, собранные из писем П.Я. Чаадаева, об эпохе Александра I, о войне 1812 года и тайных обществах в России. В четвертой части вашему вниманию предлагается документальная повесть историка Т.Р. Свиридова о Николае I.
Книга снабжена большим количеством иллюстраций, что делает повествование особенно интересным.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Между тем, иногда я как бы в уныние впадал и бормотал вслух: «Ах, матушка-императрица, не ценишь ты своего слугу, который для тебя столь многое сделал! Ничего, Орловы себя ещё покажут…»
Долго ли, коротко ли, приходит от самозванки второе письмо, с приглашением посетить её в городе Пиза, это от Ливорно рукой подать. Стало быть, созрел плод, пора срывать… Надел я парадный мундир и во главе пышного кортежа поехал в Пизу. Итальянцы вдоль всей дороги выстроились и бурными приветствиями меня встречали; полюбился им граф Орлов!
Приезжаю в Пизу, нахожу дом самозванки и почтительно прошу меня принять. А домик-то плохонький: не очень хороши дела, видать, у «принцессы Владимирской».
Выходит она ко мне, мы с ней чинно раскланиваемся, а я тем временем её разглядываю. На императрицу Елизавету Петровну и графа Разумовского она, точно, чем-то похожа была: глаза имела большие, открытые, цветом тёмно-карие, – такие же у Разумовского были, – косы и брови тёмно-русые, как у Елизаветы Петровны. Ростом, правда, не вышла, и телом была суха, в то время как покойная императрица высоким ростом отличалась и дородностью, да и Алексей Разумовский также, – но в лице её всё же что-то было от них, если они, конечно, её родителями являлись. Однако, чего зря разглядывать эту «принцессу», сказал я себе: кем бы она ни была по рождению, ныне она самозвано на престол российский прийти хочет, потому самозванка и есть.
– Ваш визит почётен и приятен, граф, – говорит она, между тем. – Какая высокая честь, принимать у себя столь прославленного полководца и во всех отношениях великого человека!
– Благодарю за добрые слова, ваше высочество, – отвечаю. – Я не мастер комплименты отпускать, поэтому скажу просто: знал бы, что такая красавица здесь проживает, в первый же день примчался бы. Я много женщин видел, но вы среди них подлинный бриллиант; позвольте мне стать вашим восхищённым почитателем. Эй, любезные! – зову я своих слуг. – Несите подарки, что мы привезли!
– Вы меня смущаете, граф, – смеётся она, показывая ровные жемчуговые зубы. – Вот так сразу идти на штурм! Теперь я понимаю, как туго приходилось туркам.
– Жизнь коротка, а я уже не молод, – говорю. – Кроме того, не привык ходить вокруг да около: мы, Орловы, в решениях быстры.
– Я об этом наслышана, – кивает она. – По всей Европе слава о ваших делах разносится – вот почему мне не терпелось с вами познакомиться. Я так и представляла себе графа Орлова как смелого, умного и решительного человека, но не знала, что он ещё и рыцарь по натуре.
– И этот рыцарь отныне у ваших ног, – подхватываю я. – Разрешите мне служить вам, ваше высочество, и каждый день бывать у вас.
– Но как же вы будете ездить из Ливорно? – спрашивает она. – Путь не очень близкий.
– А я тут дом куплю; а не то давайте два дома рядом купим, и я буду ходить к вам запросто, по-соседски, – предлагаю я ей.
– Это так неожиданно, – она как бы даже растерялась. – К тому же, признаюсь, граф, я сейчас несколько стеснена в средствах.
– Путь это вас не тревожит, о таких мелочах и толковать нечего, – возражаю. – Забудьте о своих стеснениях: я буду вашим казначеем.
– Есть ли на свете женщина, которая могла бы отказать графу Орлову! – опять смеётся она. – Во имя нашей будущей дружбы я согласна.
– Вот и славно! Засим откланиваюсь, чтобы немедленно приступить к делу, – прощаюсь я с ней. – Полагаю, завтра же можно будет переезжать.
– У вас всё происходит молниеносно, граф, – смотрит она на меня, удивляясь. – Я просто теряюсь от такого напора.
– Вы причина этого, ваше высочество, – отвечаю я. – А что касается молниеносности, то, поверьте, я способен и на долгие отношения. То, что быстро начинается, не обязательно быстро заканчивается: по моему мнению, настоящее чувство начинается быстро, а длиться может всю жизнь.
– Я не желала бы ничего лучшего, – говорит она, взглядом меня лаская.
– Таково и моё желание, ваше высочество, – целую я ей руку на прощание.
Дома были куплены в тот же день; хозяин одного из них никак не мог понять, как это возможно: прямо сегодня продать дом и тут же уехать. Но когда ему предложили вдвое, засомневался, а втрое – согласился.
Удачно было то, что оба дома имели садики на заднем дворе, разделённые стеной; её сломали и получился общий сад, так что мы могли с княжной Таракановой проводить здесь время, не опасаясь посторонних глаз. Правда, поляки, бывшие при ней, вечно крутились возле нас; как я понял, именно они подзуживали самозванку занять российский престол, надеясь, что она вернёт Польше земли, утраченные этой беспокойной и от того ослабшей страной. Впрочем, сии поляки были охочи до денег и карточной игры, так что ссудив им некоторую сумму, я избавился от их надоедливого присутствия.