Неоновые Боги [ЛП]

Я ошибался насчет Персефоны. Каждый раз, когда я подталкиваю ее, проверяю, не заставит ли это ее поспешить домой в верхний город, она подходит к черте. Но дело не только в этом. Я думаю, что общение друг с другом возбуждает ее так же сильно, как и меня. Каждый раз, когда ее губы изгибаются и она воплощает солнечный луч в форме человека, я знаю, что сейчас все станет интересным.

А теперь?

У меня нет слов, чтобы описать то, что я чувствую сейчас, не с ней обнаженной в моем доме, ее смуглая кожа пылает от желания моих прикосновений. Я провожу рукой по ее животу, ненавидя ее мать и весь верхний город за то, что они создали обстоятельства, в которых эта женщина настолько сосредоточена на выживании и выходе, что игнорирует потребности своего тела. Она слишком худая. Не совсем хрупкая, но она почти признала, что не заботится о себе так, как должна.

— Аид. — Персефона прижимается ко мне спиной, кладет голову мне на плечо, полностью

отдаваясь мне. — Пожалуйста.

Как будто я мог бы остановиться сейчас, даже если бы захотел. Мы вместе на этом пути в Подземный мир, далеко миновав точку невозврата. Я больше не трачу время впустую. Я обхватываю ее киску ладонями и не могу сдержать рычания, когда нахожу ее влажной от желания.

— Тебе нравятся эти игры. Наслаждайся тем, что ты на виду.

Она кивает.

— Я уже сказала, что да.

Я концентрируюсь на том, чтобы двигаться медленно, потому что альтернатива — упасть на нее, как голодающее существо, и разрушить все хрупкое доверие, которое я построил. Она мягкая, влажная и чертовски горячая. Я вхожу в нее двумя пальцами, и она издает самый восхитительный скулящий звук и сжимается вокруг меня. Я медленно исследую ее, ища то место, которое заставит ее расплавиться, но этого недостаточно. Мне нужно ее увидеть. Увидеть ее всю.

В ближайшее время.

Я опускаю свободную руку и хватаю ее за бедро, приподнимая его и широко раздвигая, чтобы дать мне лучший доступ. Выставлять ее на всеобщее обозрение для ничьей аудитории. Мне всегда нравилось играть публично, и я не могу отрицать, как сильно я предвкушаю, что вот так заявлю на нее свои права перед переполненным залом. Ее ответ сегодня вечером указывает на то, что она будет возбуждена так же сильно, как и я.

Я глажу ее клитор большим пальцем, экспериментируя, пока не нахожу правильное движение, от которого все ее тело напрягается. Я наклоняюсь, пока мои губы не касаются ее уха.

— Завтра вечером эта комната будет заполнена людьми. Все приходят, чтобы взглянуть на твою

хорошенькую киску, услышать, как сладко я могу заставить тебя кончить.

— О, боги.

— Ты устроишь для них хорошее шоу, Персефона? — Я не могу удержаться, чтобы не провести

губами по ее шее. Это похоже на осознание того, что я могу прикасаться к ней, как захочу, что она танцует на грани оргазма, что она хочет большего… Наконец-то до меня дошло. Эта женщина моя, даже если это всего на несколько месяцев. Это пьянящее знание.