Нарушение морских коммуникаций по опыту действий Российского флота в Первой мировой войне (1914-1917)

Турецкий линейный корабль «Торгуд Рейс» (1911 г.)

Укрепление морских сил потенциального противника потребовало пересмотра взглядов на задачи Черноморского флота в будущей войне, заставив российское военное руководство умерить свои наступательные амбиции. В 1911 г. на Особом совещании в Одессе, рассматривавшем вопрос о подготовке к высадке морского десанта в район Босфора в связи с напряженной обстановкой на Балканах, командование флота признало, что господство на море «недостижимо для Черноморского флота при его современном состоянии даже в том случае, если противником нашим явится одна Турция. Флот не может гарантировать обладание морем даже в течение 12 суток, так как превосходство его над турецким флотом весьма незначительно»[399]. К подобным выводам пришло и состоявшееся в том же году совещание в ГУГШ с участием представителей МГШ: «Десантная экспедиция к Босфору при современном соотношении морских сил наших и турецких невыполнима»[400]. Это обстоятельство, по-видимому, вполне осознавали и у Певческого моста. В июле 1911 г. советник МИД А. А. Гирс, предлагавший отказаться от отстаивания принципа закрытия Проливов и инициировать их нейтрализацию, писал, что до «занятия и укрепления нами Верхнего Босфора» дело дойдет не скоро[401].

Между тем перспективы развития ситуации на Черном море приняли угрожающий характер. Весной 1911 г. вступили в строй линейные корабли «Иоанн 3латоуст» и «Евстафий», которые, хотя и являлись устаревшими еще на стапелях «долгостроями» доцусимских времен, с лихвой компенсировали усиление флота Порты старыми германскими броненосцами и вернули российскому флоту подавляющее превосходство в силах. В этих условиях младотурки сделали ставку на покупку за границей крупных кораблей новейших типов. Потерпев фиаско в попытках приобрести в Германии один из линейных крейсеров и перекупить у правительства Бразилии два строящихся в Великобритании линкора-дредноута, в июне 1911 г. турецкое правительство заключило с английской фирмой «Виккерс» контракт на строительство дредноута «Мехмед Решад V» (на стапеле переименован в «Решадие»), а через несколько месяцев фирме «Армстронг» был заказан второй однотипный линкор — «Решад и Хамисс»[402]. Эти корабли, прототипом которых послужили «сверхдредноуты»[403] типа «Кинг Джорж V», по некоторым тактико-техническим элементам превосходили строящиеся в Николаеве линкоры типа «Императрица Мария»[404]. Но особенно опасным было то обстоятельство, что верфь Виккерса обязалась закончить головной корабль постройкой к апрелю 1913 г., то есть более чем двумя годами ранее срока готовности российских дредноутов. Кроме того, имелись сведения о планах Берлина в случае войны передать Турции линейный (по германской классификации — «большой») крейсер «Гебен» и два современных легких («малых») крейсера типа «Кельн»[405]. Из агентурных источников было известно и о том, что турецкое морское министерство по настоянию главы британской военно-морской миссии адмирала Уильямса приступило к отбору и подготовке офицеров и команд для будущих дредноутов[406]. «Россия утрачивает свое господство над Черным морем, которое переходит к Турции на несколько лет и из которого Турция не замедлит извлечь все происходящие отсюда политические и стратегические выводы», — констатировал в декабре 1913 г. военно-морской агент в Константинополе капитан 1 ранга А. Н. Щеглов[407].

В январе 1914 г. И. К. Григорович, расписавшись в бессилии вверенного ему министерства «соответственно ответить» на рост османских морских вооружений, просил министра иностранных дел С. Д. Сазонова «дипломатическими путями добиться задержки их (двух строящихся для Турции линкоров. — Д. К.) в Англии при заводах по крайней мере на год, то есть с расчетом, что они появятся в Константинополе не ранее осени 1915 года»[408]. Через два месяца С. Д. Сазонов, адресуясь к послу в Лондоне А. К. Бенкендорфу с поручением выяснить возможность конфискации или хотя бы задержки английским правительством турецких кораблей, указывал на опасность «нарушения равновесия морских сил на Черном море, которое могло бы оказаться у Турции относительно нашего флота»[409].