Против течения. Десять лет в КГБ
- Автор: Левченко Станислав
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Liberty Publishing House
- ISBN: 0-914481-42-8
- Переводчик: Лариса Герштейн
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Против течения. Десять лет в КГБ». Краткое содержание книги:
Майор КГБ Станислав Левченко бежал в США в 1979 году, и в 1989 году получил американское гражданство. Именно он рассекретил имена около двухсот японских агентов самой мощной советской шпионской сети за рубежом.
В 1981 году заочно был приговорен советским судом к смертной казни.
— Ливенко, мне нужна ваша помощь.
Я, вероятно, не сумел скрыть удивления, потому что он, прежде чем продолжить, улыбнулся.
— Видите ли, я не могу представить на вас абсолютно точную характеристику.
Похоже, я разинул рот от удивления и страха.
— Вы удивлены, но это факт. У вас, Ливенко, превосходные отметки — и на госэкзаменах и вообще. Истина такова: я не могу найти у вас никаких минусов. А найти их необходимо, иначе моей характеристике — грош цена. Никто ей не поверит. — Ну, так вы поможете мне? — спросил он.
Излишне говорить, что я был крайне польщен написанной полковником характеристикой. Всячески расхвалив меня, он в конце приписал два негативных замечания. Одно о том, что я склонен писать длинные, подробные донесения, когда достаточно и кратких; другое о том, что я, увлекаясь какой-либо темой, перескакиваю с предмета на предмет, вместо того, чтобы строго придерживаться одной идеи.
После окончания школы я был откомандирован в Седьмой отдел Первого главного управления, ответственный за операции в Японии, на Филиппинах, Таиланде и в других странах Дальнего Востока и Юго-Восточной Азии.
С учетом курса, пройденного мною в системе ГРУ, мне вместо звания младшего лейтенанта присвоили старшего. Но все равно в Японском отделе я читался новичком, и меня по самые уши загрузили работой — я должен был изучить около двадцати дел агентов, политических групп и партий. Вскоре я понял: изучение этих дел было средством приблизить теорию, усвоенную мною в школе, к тем реалиям, с которыми мне придется столкнуться в будущем при выполнении заданий.
Только пролистывая 200-300-страничные папки, можно было многое узнать о процессе „разработки” кандидата в агенты, о методах связи оперработников с агентурой. Начав с обычных, вполне невинных, дружеских отношений, оперработник постепенно нащупывает у „разрабатываемого” уязвимые места и начинает играть на них, норовя подцепить его, как рыбу на крючок. Он делает ему разные предложения, ненавязчиво преподносит подарки, постепенно начинает добиваться различных „одолжений”, и в конце концов жертва оказывается в его руках, превращаясь в агента, который должен, хочет он того или нет, сотрудничать с КГБ. Читать иные из папок, оказавшихся в моем распоряжении, было все равно что читать какую-нибудь захватывающую драму. К примеру, там была папка с делом Ареса, известного японского журналиста и советского агента. Еще когда он был начинающим журналистом, с ним сблизился офицер КГБ Владимир Алексеевич Пронников. Всячески прославляя советский образ жизни, он искусно воздействовал на формирование политических взглядов Ареса. Со временем Пронников начал добиваться от Ареса всяких одолжений, и тот в конце концов стал похищать в японских разведывательных учреждениях секретные документы и передавать их Пронникову.
Чем глубже погружался я в изучении этих папок, тем более убеждался в справедливости того, что нам говорили в разведшколе. Япония была поистине сокровищницей, из которой Советский Союз без особых опасений полными пригоршнями черпал бесценную информацию. Мне пришлось многое понять о том, чем чревата моя будущая командировка в Японию. С одной стороны, мне хотелось поехать в Японию. Хотелось мне также и самостоятельной работы на оперативном поприще. С другой стороны, мне не хотелось приносить вред Японии. Когда я понял, что для того чтобы выполнить поставленное задание, мне придется приносить значительный вред этой прекрасной, приветливой, мужественной стране, совесть мою начало терзать чувство вины.
Чтобы справиться с этим чувством вины, я начал, подобно большинству людей в сходной ситуации, выискивать оправдательные аргументы и в конце концов решил, что принесение пользы своей стране перевешивает вред, нанесенный Японии. Более того, рассуждал я далее, если бы Япония в самом деле беспокоилась о своей безопасности, ей следовало бы принять более жесткие законы против шпионажа, законы, защищающие страну. Вместо этого Япония позволяла Советскому Союзу вволю черпать из своих информационных источников. СССР систематически добывал в Японии гигантское количество научных, экономических и политических данных для использования таковых как против японского правительства и народа, так и для оказания влияния на политические процессы в Японии. Весьма отрезвляюще на меня подействовало понимание того, что Советский Союз фактически может формулировать различные сегменты политических платформ тех или других ведущих партий Японии.
В течение тех месяцев, что я провел за изучением всех этих папок, мне то и дело попадалось имя полковника Пронникова, того самого, что завербовал Ареса. Как-то утром я услышал голос полковника Калягина, тогдашнего начальника Седьмого отдела: „Левченко, давай вниз скорей! — кричал он. — Пронников уговорил Исиду подарить Брежневу машину. Они там проверяют ее во дворе. Спустись — пригляди! А то наши ублюдки раскулачат ее, прежде чем он ее увидит!"