Многоцветные времена [Авторский сборник]
- Автор: Тихонов Николай Семенович
- Год: 1972
- Язык: русский
- Год: Известия
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Многоцветные времена [Авторский сборник]». Краткое содержание книги:
— Берегись! — раздалось с косогора, и сельский слоноподобный воз обдал его своим пахучим дыханием. Сено закрыло дорогу перед Рогулиным. Из сена вопил пушистый дядя:
— Куда путь держишь?
— Гробницу царя Навуходоносора ищу, — сказал Рогулин важно. — Не видал ли где?
— Пойдешь по дорожке, рядом с моей теткой, третья дыра налево, — отвечал мужик, проносясь дальше в грохоте своего несложного триумфа.
Навстречу Рогулину пылила линейка: избач сидел, развалившись, и, узнав Рогулина, тронул возницу за плечо. Линейка пошла тише.
— Куда строчишь? — спросил он, раскрывая пыльный рот.
Рогулин вспомнил, что он в ссоре с избачом, но все же ответил с самодовольством:
— Да я по делу тут.
— А что по делу?
— Да с той недели в ларьке торговать буду, в кооперации, ей-богу.
— Да что ты? Мне в Смоляшкином доме рассказывали, как ты ночевал там.
— Устинья назло врет, — отвечал он, прибавляя шагу. Избач захохотал, и линейка покатилась, дребезжа своими пыльными костями.
У домика объездчика был привязан к дереву конек пегой масти, а за столом у крыльца сидел сам Полотнов, вытирая белую плешь клетчатым платком и окуривая окрестности дымом своей проклятой трубки, которая никогда не чистилась.
— Пойди-ка сюда, звонарь! — закричал он, узнавая Рогулина. — «Понадоблюсь». Вот когда ты понадобился. Куда гостя моего задушевного подевал, убийца? Кайся, пока я не связал тебя по всем направлениям.
Рогулин с достоинством смотрел на него и, войдя в загородку, небрежно сел на поваленные деревья; меж ними земля была усыпана головами иссохшей кукурузы. Играя ногой и топча эту мертвую кукурузу, смотрел он без страха в лицо своего сохозяина, и вдохновение заливало его худое, изможденное, потное лицо. Полотнов кончил обтирать плешь и надел белую войлочную шляпу.
— Полотнов! — сказал Рогулин. — Из тебя скоро сало топить будут. А шляпа-то у тебя — не твоя.
— Знаю, что не моя, — отвечал Полотнов. — А вот где приезжий? Я приезжим интересуюсь.
— Намучился я с ним, — покровительственно рассказывал Рогулин. — Извел он меня. Он ведь меня нанял за большие деньги — места показать. Я иду, а он все вперед бежит. То ли нетерпелив, то ли у него живот болит.
— Так ты потерял его?
— Подожди торопить. Отбился он, заблудился, кружил-кружил, к Смоляшкину дому — видал какая даль — вышел. Хорошо, — я следы разбираю. Нашел его там, а уж он бедокурит, пьяный, бьет все, кричит: «Подавай мне веселье!» Напал на Устинью, изничтожил девку, перепугал всех, дом сжечь хотел. Дом за большие деньги купить предлагал.
Тут Полотнов начал смеяться беззвучно, как животное. Отсмеявшись, он спросил:
— А моя шляпа где?
— Твою шляпу он из каприза в реку бросил, и ее Никифор, сплавщик, за три десятки из реки достал.
— Заливаешь ты все, Рогулин!
— Да он сейчас у сплавщика сидит с похмелья. Над головой палка стоит, а на палке шляпу ему сушат, а на шляпе буквы твои — АП. Я же знаю.
— Три десятки? — протянул Полотнов. — Значит, деньги все при нем…
— Всю ночь червонцы метал, пол устилал. Я, говорит, на всю Россию наворовал.
— Скрытная стерва какая! — задумчиво сказал Полотнов. — А мне пел — новую жизнь начинает!
Рогулин весь втянулся в игру; он уже не знал, чем еще ошеломить Полотнова, как последний, побагровев, встал и, хлопая плеткой по столбикам забора, пошел к своему коньку.
— Где он прохлаждается-то? — спросил он, не оборачиваясь.
— Я тебе покажу — недалеко, — заговорил Рогулин, спеша за ним, масляно возводя глаза к войлочной белой шляпе, оседлавшей толстую голову Полотнова.
Полотнов вскочил на конька, закряхтев. Тут Рогулин со злости уколол конька острой хворостиной. Конек, не ожидая подобной невежливости, взлетел на дыбы. Полотнов качнулся, как падающий монумент, шляпа свалилась в пыль. Прежде чем Полотнов понял, что случилось, Рогулин кинулся к шляпе, с особым остервенением схватил ее, прижал к груди и запрыгал между кустами в лес.
Глава десятая
На прыщавом холме, над рекой, в виду селения Стоскогс, сидел самый счастливый и самый несчастный человек. Это был Рогулин. Пространство мира искушало его, как бес хитрый, но недалекий. Селение воздымало дымы к небу и хоромы свои рассыпало навстречу Рогулину, предлагая к его услугам девиц своих, скот свой, работников и все чудеса кооперации. Тайна шляпы открылась ему.
На коленях Рогулина были рассыпаны червонцы. И какие червонцы! Сам финансовый отдел отнесся бы к ним с уважением. Двадцать бумажек с цифрой «десять» в радужных кружочках лежали у него на коленях и, совсем затерявшись среди них, отбившись от этих громких, хотя и маленьких грамот, лежала бумажка ценой в три червонца.