Вологодские заговорщики
- Автор: Трускиновская Далия Мейеровна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8025-6
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Вологодские заговорщики». Краткое содержание книги:
И вдругорядь купец расхохотался.
Настасья вдруг поймала себя на чувстве острой зависти к Ефимье: хорошо, должно быть, за таким веселым и щедрым мужем!
И дала она себе нерушимое слово: никогда больше своего Гаврюшу деду в обиду не давать. Проснулась в душе неслыханная отвага — свекор ей более не указ!
— Да вот, медведи! — вдруг вспомнил Артемий Кузьмич. — Не знаю — за ними послано, или в суете забыли? Что так глядишь? То плясовые медведи, которых скоморохи водят. Хочу свою Ефимьюшку потешить. Сядете с ней завтра на крыльце, посмотрите, посмеетесь, и деткам — радость.
Мамка Акулина, что смирно стояла в углу сеней во время этой беседы, усмехалась, а потом сказала:
— Ты, свет, Артемия Кузьмича вперед слушайся, он дурному не научит.
— Теперь ступайте, — велел купец. — И ты, Акулинка, не допускай, чтобы Ефимья на поварне околачивалась! И без нее все пожарят и испекут. Нечего ей руки пачкать, да и косы дымом провоняют.
Акулина молча поклонилась и увела Настасью, которая еще не понимала переходов между теремами.
— Досталось тебе, поди, от свекра, — сказала она. — А ты не горюй, коли он и вовсе не сыщется. Пойдем в светлицу! Там посидим до обеда. И ты нам с Ефимьюшкой расскажешь про свое житье-бытье. Да не бойся! Ты нашему хозяину полюбилась, он тебя к свекру уж не отпустит, а пожелает — из своего дома замуж отдаст.
— Не хочу я замуж, — ответила Настасья, а в светлице Акулина, продолжая начатый разговор, стала расспрашивать, каково жилось в замужестве, да всегда ли свекор был таков, да сильно ли его боялся Гаврюша.
— Нет, они часто вместе сиживали, он приказывал Гаврюше книжки себе читать, даже толковали о божественном, — отвечала Настасья.
— Так что в Москве они ладили?
— Как не ладить.
— И сынок не боялся ему о своих делах рассказывать? С кем на дворе играл, кого видел, что слышал?
— Да он, поди, и не спрашивал…
Ефимья, занятая разбором ниток для вышивания, кашлянула.
— Питье мне подай! — велела она мамке. — Да не с холода!
Голос был внезапно злой. Настасья даже сжалась — вдруг поняла, что норов у Ефимьи не ангельский. А когда Акулина ушла, Ефимья сказала:
— Ты бы, свет, поменьше с ней о своих домашних делах говорила. Растрезвонит на всю Вологду.
Это был не совет, а приказ.
Артемий Кузьмич, отпустив женщин, кликнул своего подручного Андрюшу. Тот занимался устройством обеденного стола — были званы знатные гости, и русские, и англичане. Нарочно были куплены овцы, чтобы забить накануне пира и приготовить древним способом легкое — англичане такого, может, и не пробовали никогда, надо ж их потешить. Самых крепких кухонных мужиков приставили к делу — вдувать в окровавленные легкие через особую трубку смесь из яиц, молока и муки, чтобы потом все это запечь. Куря верченое да заяц с лапшой заморским гостям, что не первый год в Московском царстве, уже знакомы, а удивить надобно!
Убедившись, что на поварне все приставлены к делу и кушаний столько, что на три часа с лихвой хватит, Артемий Кузьмич пошел к себе в светлицу. Там уже сидели трое гостей — братья Гречишниковы, Кузьма, Мартьян да Степан. Нужно было побеседовать с ними о важном деле.
Братья принарядились — надели кафтаны на собольих пупках, меж полами которых были видны дорогие шелковые зипуны, и те кафтаны были не до самых пят — а открывали прекрасные, расшитые золотом, сапоги. Они знали — званы не просто так, попировать, упиться романеей, кинареей, мармазеей, мушкателем, ренским и прочими заморскими винами, потом отбыть домой, туго соображая из-за переполненной утробы. Кузьма первый вступил в осторожные переговоры с Анисимовым, а когда приехали Мартьян со Степаном, стало ясно — нужны переговоры более основательные.
— Челом, Артемий Кузьмич, — сказали братья, встав и поклонившись — не то чтобы в пояс, но и не совсем небрежно.
— Садитесь, гости дорогие, — ответил Гречишниковым Анисимов. — Я уж велел подать по кубку славной романеи, да и закусить, чем Бог послал, чтобы дожить до обеда!
Он рассмеялся, гости — тоже.
— Для доброго знакомства и дружества прими, Артемий Кузьмич. — Мартьян подал ему полуведерную дорогую ендову, вывезенную из Москвы, с тонкими узорами по серебряным бокам.
— Благодарствую. Сегодня же и обновим.
Анисимов поставил ендову на стол, крытый скатертью вишневого бархата, сам сел на стул и расположил немалое чрево на коленях.
— Я сегодня уж посылал своего Епишку к воеводской избе, узнавать, нет ли вестей из Москвы. Так нет же! А войско, в которое мы столько денег вбухали, уже должно подойти и встать у стен. Мартьян Петрович, Степан Петрович, вы недавно с Москвы, что там о Прокопии Ляпунове говорят?