Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности

Ключевые слова: Сигей, Афины, Митилена, Питтак, Фринон.

История соперничества Митилены и Афин за Сигей упоминается многими древними авторами: Геродотом, Страбоном, Диогеном Лаэртским, Плутархом, Полиэном и др. Самое раннее аутентичное сообщение об афино-митиленском конфликте принадлежит Алкею. В одном из стихотворений (fr. 428 LP), приведенном Страбоном (Strabo. XIII.1.38) и упомянутом Геродотом (Hdt. V.95), Алкей говорит о своем, вероятно, первом, опыте в военной кампании против Афин, который оказался неудачным. Следующий по времени источник, содержащий сведения о Сигейской войне – Геродот (Hdt. V.94–95). Однако его обстоятельный рассказ разительным образом отличается от других сообщений более поздних авторов (Diog. Laert. I.74; Plut. De Herodoti Malign. 15 = Mor. 858a – b; Polyaen. I.25; Festus. s.v. retiario; Suid. s.v. Πιττακός), за исключением Страбона (Strabo. XIII.1.38). Перечисленные авторы сводят описание Сигейской войны к одному ее эпизоду, хотя и весьма значительному и памятному – единоборству предводителя афинян Фринона и командующего митиленянами Питтака. Геродот не упоминает предводителей враждебных сторон и ничего не сообщает об их поединке, за что его порицает Плутарх (Plut. De Herodoti Malign. 15 = Mor. 858a-b). Особняком стоит рассказ Страбона, который во многом схож с рассказом Геродота, кроме одного существенного пункта – Страбон сообщает о единоборстве двух предводителей: «Позднее, когда Фринон вызвал его на единоборство, Питтак, взяв рыбацкую сеть, напал на противника; он накинул на него сеть и убил, заколов трезубцем и кинжалом» (loc. cit. Пер. Г. А. Стратановского). Однако на это важное, на наш взгляд, отличие не все исследователи обращают должное внимание[47]; между тем отсутствие у Геродота упоминания о единоборстве предводителей послужило в какой-то момент причиной оценки этого поединка как позднейшей выдумки[48]. Прочитанное же имя Фринона в одном из папирусных фрагментов стихотворений Алкея (POxy. 2295 fr. 28 = fr. 167 LP) убедило исследователей в достоверности сообщений поздних авторов о поединке и подкрепило предположение о том, что и для них первоисточником информации по единоборству Питтака с Фриноном была поэзия Алкея (Page 1955: 153, 159).

Поединок Питтака с Фриноном порой сравнивают с поединками гомеровских героев (Stahl 1987: 217; Суриков 2010: 34; Суриков 2015: 192 прим. 25) и рассматривают как ритуализованное воспроизведение древней мифологической модели поединка двух царей, когда сталкивались между собой две харизмы и божественный суд избирал победителя. Согласно этой модели, цари были мистическим воплощением своих народов и единоборство царей решало судьбу их подданных (Туманс 2002: 199). Обращение к гомеровской практике единоборства в решении спорных вопросов между некоторыми государствами просуществовало вплоть до V в. до н. э. (Jeffery 1976: 239). Несмотря на победу Питтака, единоборство двух предводителей не решило однозначно начальный этап войны в пользу митиленян. Чуть позднее Периандр Коринфский, выбранный обеими сторонами посредником в конфликте[49], положил ему конец, оставив Сигей афинянам (Hdt. V.95; Strabo. XIII.1.38; Diog. Laert. I.74).