Пробуждение

Он уважал Капитана, потому что уважал всех товарищей по команде. Не мог обвинять его даже за приказ о возвращении. Ведь не Капитан же виноват, что его скрючило! Олаф не имел ни квалификации, ни опыта, ни воли, чтобы противиться приказу. Оставалось только ждать чуда. Оно происходило на глазах. Вилье он не понимал. Оператор сидит себе на Станции и ничто ему не угрожает. С чего бы это изменилось? Чего кричать? Странные эти французы. Когда сеанс связи закончился, швед и представить себе не мог, какая буря разыгралась в груди Нэша. Для него приказ есть приказ. Сегодня ты капитан, завтра – нет. Чего переживать?

Задача изменилась, значит и командир может измениться. Тем более, Наталья старше по званию. Не обидно. Даже логично. Всё, что Олаф связывал с понятием «военная задача», говорило ему о риске, подвигах и возможной славной гибели. О последнем он глубоко никогда не думал. Чего думать? Пока ты жив, смерти нет. Когда смерть приходит, тебя уже нет. Эту житейскую мудрость он впитал где-то с молоком матери и больше к вопросу не возвращался. Он получит еще один шанс проявить себя в собственных глазах, и в глазах Кимо. Счастливый день.

Кимо смотрела в точку перед собой. Не разумом, но чутьем она ощущала, как кольца судьбы сжимаются вокруг. Как темнота за стеной улыбается ей в спину, радуясь неизбежной встрече. То, что Берг понимал логически до начала передачи, она знала по-своему. С первых слов генерала было ясно, что всё изменилось непоправимо. Что надежды нет. И её будто прорвало. Дремлющий в ней дар проснулся. Она стала впитывать эмоции и чувства всей команды. Читать если не сами мысли, то их контуры. Волна новых ощущений накрыла её. Больших усилий стоило держать их в себе, а не упасть со слезами. Кимо догадывалась, что это «чутьё» пробудилось в ней. Возможно, в предпоследний час. Она даже не знала хорошо ли это. Ей надо было как можно скорее оказаться одной и начать слушать то, что внутри. Это всё, о чем она могла сейчас думать. Как только Земля прервала связь, она встала и ушла к себе, ни с кем не встречаясь взглядом. Пусть думают, что хотят. Остаться будет гораздо хуже.

Пожалуй, больше всех чистое удивление испытала Наталья. Её острый ум был, возможно, менее аналитическим, чем у Берга. Привычка к военной дисциплине не допускала мысли о том, что приказ Капитана может быть отменен вот так просто. Да и какие предпосылки? Раньше Земля никогда не выходила с ними на связь напрямую. Какая-то надежда, что «её оговорка» к докладу подействует, была. Но как раз та, что умирает последней. Она хотела остаться. Её желание исполнится. Прекрасно. Что другие могли тоже быть военными, она подозревала. Свои инструкции и допуски к секретности она имела. Почему бы и другим не иметь «двойного дна». Космос – это политика. Она понимала это лучше всех.

А вот новость о смене командования была ведром ледяной воды. Наталья амбициозна – очевидно каждому, но не так. В её голове давно сложился образ героини Космоса. Немного риска, немного романтики, профессионализм, безупречный имидж, сияющая улыбка. Миллионы подписчиков, известность и далее по списку. Она не была глупой и понимала, что Космос жесток и опасен. Только не тот, куда летают сейчас! Космический туризм даже экзотикой перестали считать. Конечно, Станция на Луне – это было что-то новое, но лишь технически. Никто в здравом уме не ожидал смертельных приключений, столкновения с Неведомым и прочих атрибутов кино. Опасная, престижная работа. Но со своим отсеком и временем для блога с фото. Её план формировался много лет и рассыпался в прах сейчас, за считанные минуты.