Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Так что же стряслось?

— Ох, все! Я потеряла мужчину моей мечты, кажется, навсегда, а ходить перед ним на задних лапках не собираюсь, а без него жизнь не мила…

— Погоди! Ты про кого говоришь? Уж не про Доминика ли?

— Ну да, про кого же ещё!

Холера, надо же! Если замешан Доминик, значит, дело серьёзное. Когда речь заходит о Доминике, моя Мартуся теряет всякую способность соображать, и теперь от неё никакого толку не добьёшься. Этот Доминик давно уже сидит у меня в печёнках. Какой номер он отколол на этот раз? Минутку, что там Марта бормочет?

— …не выношу истерик и впредь не намерена, а вчера вечером я оставила его, он прекрасно знает почему, хотя и пыталась что-то солгать, а самое плохое — он ни словечка мне не сказал, но так каменно молчал, аж мурашки по коже. Прям как мёртвый сделался, сил моих нет… И теперь я раздираюсь на две неравные половины…

— Половины всегда равные, — поучающе вырвалось у меня. И кто за язык дёргал? Ведь я в этом не столь уж уверена.

— И вовсе не всегда! — вскинулась Мартуся. — Вот я изнутри на куски рвусь, и эти куски во мне так и летают, так и сталкиваются, как же равные? Нет, ты скажи, что мне, несчастной, теперь делать? Просто разрываюсь, прямо как в песне, дикая страсть бушует во мне, то тянет к мужу, то к жене…

— Да ты никак спятила?

— А я разве говорю, что нет?

Если честно, я её очень хорошо понимала. Мечется из-за мужика, с кем не бывает? Сама ведь испытала, на собственной шкуре.

И словно воочию увидела его красивое, мужественное лицо, его руки, запястья… Меня с такой непреодолимой силой тянуло прикоснуться к ним, взять в свои руки, прижаться щекой… И он склонен был ответить мне взаимностью, собственно, даже ответил, вот только странно как-то…

Между нами встало казино.

— Тут секс, а там игровые автоматы и рулетка, — лихорадочно продолжала Марта свою исповедь, несчастная и злая, словно заглянув в мои мысли. — Через дверь слышно, а паршивый шарик так я как будто даже видела: вот он прыгнул в двадцатку, а на неё поставили по максимуму, корнеры, сплиты, номера, серые жетоны. А они мои, серые, мои любимые!

Что-то во мне дрогнуло, ведь я тоже охотнее всего играла серыми и однажды угадала зеро три раза кряду!

— А здесь — постель, и его лицо надо мной, это я выражаюсь символически, мы сидели в кафе внизу, на втором этаже… Ну и что мне оставалось делать?

Я очень хорошо знала, что она должна была сделать, и столь же хорошо знала, что сделала бы сама на её месте. Да нет, без всякого «бы». Сделала. И потеряла мужчину моей жизни навсегда.

Ну ладно, что теперь-то… Но ведь Марта была моложе меня на двадцать лет с гаком! И у меня тогда были уже подросшие дети, а у неё пока их вовсе не было. И она очень хотела их иметь, хотела стать нормальной женщиной, женой, матерью…

— И потому меня с ним тогда не оказалось! — поставила Марта точку в своей исповеди.

К сожалению, отвлекшись на воспоминания, я пропустила мимо ушей последнюю часть её рассказа, однако поняла главное — своего мужчину Марта потеряла из-за страсти к игре. Мужчину никак не удаётся совместить с азартом, или он, или игра, уж это я хорошо знала. Женщина в подобной ситуации охотно пойдёт на компромисс, мужчина же — ни в коем случае. Ну разве что один из миллиона.