Гитара или стетоскоп? [Повесть и рассказы писателей ГДР]

Сегодня вечером он объяснится с Симоной непременно.

Симона надела длинное белое платье. Они бредут по парку, мимо замка, по узким улочкам и переулкам к пасторскому пруду.

Перед самым Клубом союза культуры Балтус спрашивает:

— Заглянем?

— Да можно.

Они садятся за столик. Ансамбль ветеранов играет популярные вещи пятидесятых годов. Один из музыкантов поет грубоватым сиплым голосом трогательную песню о каприйских рыбаках: белла, белла, белла Мария, помни меня вечно… Самозабвенно, тесно прижимаясь друг к другу, танцует на площадке несколько пар. Пять-шесть дам более чем зрелого возраста, пока не нашедшие себе партнеров, оглядывают присутствующих. Мужчин маловато, выбор исключительно скуден.

— Если б ты был здесь сейчас один, с какой пошел бы танцевать? — хихикая, спрашивает Симона.

— А вот с той.

Балтус незаметно указывает глазами на пышногрудую, щекастую рыжеволосую женщину; черное бархатное платье с широкими белыми рукавами делает ее похожей на гигантскую бабочку.

Симона громко смеется и говорит:

— А я тебе не верю. Сказать, какую бы ты выбрал?

— Ну-ну, даже интересно стало, не тяни!

Через несколько столиков от них, у окна, сидит девушка. Длинные черные волосы, черная юбка, красная блузка, а под блузкой… да, ей не стыдно показаться в бикини на пляже.

— А вот ее, — говорит Симона.

— Спасибо хоть, что не отказываешь мне во вкусе.

Ансамбль все еще играет песню о рыбаках, из дальнего угла кафе к столику пышной «бабочки» бодрым шагом устремляются два солдата. Один из них раскланивается, молниеносно поднимает рыжекудрую на ноги и энергично ведет танцевать. Солдату с трудом удается двигаться в такт.

Второй солдат раскланивается перед черноволосой — и получает отказ.

Балтус раздумывает, как бы ему так направить разговор на то, о чем он размышлял всю последнюю неделю.

— Собственно, мы хотели сегодня, я думал, мы…

— Мне кажется, Балтус, нам надо отсюда уйти, мне здесь не нравится, — прерывает она.

— А теперь? — спрашивает Балтус, когда они выходят.

— В Доме дружбы сегодня, кажется, играет группа из Мейсена, давай заглянем.

Там народу хватает, это слышно уже на лестнице. Балтус бросает взгляд на Симону.

— Недурно, но мы собирались поговорить или как?

Симона молча берет Балтуса за руку и мягко увлекает к лестнице. И снова идут они по теперь уже опустевшим улицам, мимо замка, через парк.

— Ты сердишься, что мы не остались? — спрашивает Балтус.

Симона останавливается и целует его, так мимолетно, чересчур современно, и говорит:

— Будь моя воля, так мы бы сегодня вообще никуда не выходили, ты сегодня днем сказал…

— Сегодня днем, сегодня днем, в конце концов бывает, что человек может изменить свое мнение к вечеру, кроме того…

Поцелуй, которым она прерывает его, не из тех, что мимолетны.

— …а если мы здесь простоим еще не знаю сколько, то покроемся росой, мне уже и сейчас холодно, — говорит Симона.