Девятый круг. Одиссея диссидента в психиатрическом ГУЛАГе
- Автор: Давыдов Виктор
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1637-0
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Девятый круг. Одиссея диссидента в психиатрическом ГУЛАГе». Краткое содержание книги:
Иновлоцкий был, конечно, достаточно хитер, чтобы при желании найти повод остаться в стороне от этого дела. Он мог хотя бы сообщить КГБ о знакомстве с родителями — и положению старшего следователя это не грозило никак. Однако он этого не сделал — пусть не из злости, а по мягкости характера. Чем еще раз доказал максиму, что источник зла в мире не монстры, а вполне обычные люди, которые не сопротивляются злу.
Из людей такого типа нацисты в гетто рекрутировали «еврейскую полицию» — Judischer Ordnungdienst, — осуществлявшую первую, до лагерную, селекцию. Они первыми определяли, кого отправить в концлагерь, а кого нет. К ним лучше, чем к кому-либо другому, подходит изречение Жаботинского: «Мы требуем право иметь своих собственных подлецов, как и другие народы».
«Еврейские полицейские» в большинстве своем кончили плохо в тех же концлагерях, Иновлоцкий родился в стране, история которой подлецам благоприятствует. После СССР и работы в прокуратуре он стал адвокатом в Петербурге.
Его родной брат Леонид — довольно известный композитор, сочинявший музыку для театра и кино, причем к произведениям и авторов-диссидентов в том числе. Ничего из сказанного о следователе Иновлоцком к композитору Иновлоцкому, конечно, не относится. А следователь Иновлоцкий в моем деле выполнял роль как раз «еврейского полицейского».
Однако было заметно, что удовольствия ему эта роль не доставляла. Он избегал смотреть на меня и большей частью прятал глаза в бумаги. Именно так, глядя в стол, он и сообщил:
— Вы привлекаетесь в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного статьей 190-1 УК. Вот постановление, ознакомьтесь.
В постановлении не было ничего интересного. Оно гласило: «Давыдов изготовил и распространил четыре копии книги Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ», изготовил другие клеветнические материалы, высказывал в устной форме измышления, порочащие советский государственный и общественный строй». Все.
«Архипелаг ГУЛАГ» был старым делом, по этому поводу я уже получил официальное предупреждение, инкриминировать его, в принципе, не могли. Все прочее было не конкретно. Это я и сообщил Иновлоцкому.
Иновлоцкий пообещал, что «конкретно» будет по предъявлении обвинения, я пообещал тогда и дать показания, пока же отказался.
— А после предъявления обвинения будете давать? — для уверенности спросил Иновлоцкий. С какими-то оговорками я пообещал — просто, чтобы закончить допрос. По практике политических дел я знал, что если у кого-то из сидевших в КПЗ и был шанс выйти на свободу или под подписку о невыезде, то это был не я.
Сокамерники с любопытством расспрашивали меня о допросе. Поинтересовались, сколько сейчас дают «за разговоры», и, узнав, что до трех, успокоили:
— Ну, так жить еще можно. В Тайшете ни за что с червонцем сидели, — сообщил Беляков и по случаю рассказал бородатый лагерный анекдот:
Начальник сталинского лагеря спрашивает зэка:
— За что сидишь?
— Ни за что, — отвечает зэк.
— А сроку сколько?
— Двадцать пять.
— Значит, врешь. Ни за что больше десяти не дают…
Белякова очень заинтриговало, что моим следователем оказался еврей, и на всякий случай он посоветовал не смотреть ему в глаза.
— С евреями надо быть осторожным, — предупредил он. По мнению Белякова, все евреи обладали гипнотическими способностями и могли читать мысли.
Первые сутки ареста закончились. Постоянный спазм горла начинал проходить, я мог разговаривать и даже чуть — смеяться. Физически я чувствовал себя отвратительно, страдая от холода, — круглые сутки мы не снимали верхней одежды и даже шапок. Эти сутки прошли без душа, нельзя было ни вымыть руки с мылом, ни почистить зубы, ни причесаться. Мыло, расческа, зубной порошок и щетка остались в сумке. Ее как забрали на обыске, так и не вернули.
Поздно вечером — или это была ночь? — нас разбудил странный шум в коридоре. Слышался мерный топот десятков пар ног, мент командовал: «Сюда заходи. Куда пошел, нах? В 310-ю, я сказал!» В ответ не слышалось ни единого звука, все происходило в молчании, как будто в КПЗ привезли целую стаю привидений, если, конечно, существуют привидения, которые могут топать и шаркать ногами.