Золотой кол
- Автор: Отунчиев Элуубай
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: А. Атамбаев
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Золотой кол». Краткое содержание книги:
В повести «Дорога» действие происходит в годы Великой Отечественной войны в одном из колхозов Киргизии. Автор показывает нелегкую жизнь девушки Тунук, ее драматическую судьбу, в которой переплелись элементы старого и нового уклада жизни.
Остальные произведения затрагивают социальные, морально-этические проблемы, они посвящены жизни тружеников села.
— Возьмет ли он меня? — засомневался Салмоор.
— А куда он денется?
— А где деньги для этого взять?
— Деньги я найду. Ты, Салмоор, не беспокойся.
— Это же нечестно! — не выдержала Тунук.
Карабай усмехнулся:
— Эх, доченька! Говорят: хочешь жить — умей вертеться!
— Что поделаешь… — виновато сказал Салмоор после ухода Карабая. — Разве я хочу жить нечестно? Я просто хочу вернуться в родной аил. А хорошая работа не помешает. Ведь надо будет дом строить…
Сасык-Булак уже остался позади. Телега ехала по ущелью, по дну которого протекала небольшая речушка.
— Да, не встречал я такого подлеца, как Сатар! — сказал Карагул.
Немного помолчав, он начал рассказывать:
— Помню, пришел к нам однажды Керимбек. Хмурый и, видать, навеселе уже. Прежде он к нам не захаживал. Интересно мне стало: чего это он вдруг заявился?
«Карагул-аке, я хотел посоветоваться с вами», — говорит.
«Да? Что случилось-то? Рассказывай. Чем смогу — помогу».
«Бог меня покарал. Только поздно я понял».
«…?»
«Честно говоря, я вас недолюбливал раньше. Думал: «Чего он колхозное добро жалеет? И сам не берет, и другим не дает…» А теперь самому пришлось с этим столкнуться… Сатар ведь после вас еще несколько коров у меня брал. Телок вместо них привозил. А в этом году выбрал шесть самых упитанных коров и отправил с кем-то на Чаткал. Мне сказали, мол, выручку пополам разделим, а потом и пополним стадо телятами. Согласился я. Что говорить — жадность обуяла… Позже он дал мне сто пятьдесят рублей, мол, остальное осенью отдам. Я не стал возражать. А теперь вот и осень наступила. Ни денег, ни коров. Шесть голов не хватает. Даже не знаю, что делать?! Недавно поговорил с Сатаром, а он: «Не бойся, я акт составлю, спишу». А сам и не чешется… Боюсь я. Вдруг проверка? Что со мной будет? Выпил я сегодня для храбрости и опять пошел к нему в контору, а он опять юлит: «Не бойся, я все улажу». В общем, ясно мне, что ничего хорошего я не дождусь. Вот и пришел к вам, Карагул-аке. Может, вы мне что-нибудь посоветуете?»
«Ты расписку за коров брал у него?»
«Какое там… Поверил на слово. Он ведь и раньше так делал».
«А кто повез коров на Чаткал?»
«Не знаю я его. Узбек какой-то…»
«Да… И не знаю, что тебе посоветовать…»
«Карагул-аке! Что с детьми моими будет?! Как я расплачусь за шесть коров?!»
«Попытайся взять у него расписку. А если не даст, расскажи все председателю. Но только выпутается Сатар, наверное. Ведь у тебя даже свидетелей нет…»
«О, дурная моя головушка!» — простонал Керимбек. Потом вытащил из кармана початую бутылку водки, со злостью хлебнул из нее.
Видно Керимбек пожаловался председателю, потому что через несколько дней, при встрече, Сатар накинулся на меня:
«Когда ты наконец перестанешь людей баламутить! Зачем грязью меня обливаешь, клеветник! Почему Керимбека на меня натравливаешь? Ничего он не смог доказать! Сволочь ты недобитая!»
Я тут тоже разозлился.
«Ты чего орешь? — говорю. — Разве не правда, что ты вор? Разве ты не обманул Керимбека? Коммунистом еще себя называешь!»
«Ты партию не задевай! Ответишь за свою клевету!» — кричит Сатар.
«Не коммунист ты! Коммунисты так не поступают!» — говорю.
«Не твое дело, собака!» — огрызается он.
«Мое! Другие в партию вступают, чтобы народу служить, а ты ради выгоды вступил, партией прикрываешься! Позоришь звание коммуниста!»
«Если ты такой правдолюб, чего же сам в партию не вступаешь?»
«Вступлю. Обязательно вступлю. Чтобы с такими, как ты, бороться!»
А пока мы ругались, на дороге вдруг показался Керимбек. Сатар, видно, испугался, что мы его отлупим вдвоем, и смылся в свою контору.
— Для хапуги ничего святого нет! — вставила Уулча.
Карагул, перебирая вожжи, продолжал тихо рассказывать:
— Когда проверочная комиссия стала проводить пересчет скота, наш краснощекий Сатар стал зеленей травы. За два дня бедняга осунулся, глаза ввалились. Мне даже жалко его стало. Запуганный какой-то стал, на людей боится смотреть… А за тех шестерых коров все-таки, видно, придется Керимбеку отвечать. Эх, несчастный! Водка ему голову затуманила, дармовая водка!..
— А Сатар разве выкрутился? — спросила Кербез.
— Нет. У него на шее четыре коровы, не считая керимбековских.
— А суд когда?
— Когда следствие закончится…
Благодаря стараниям Карабая Салмоора назначили заведующим фермой в его аиле. Как только уехал прежний заведующий, Салмоор подремонтировал освободившийся дом и перевез туда все пожитки. Салмоор очень радовался тому, что вернулся наконец в родной аил. Он с головой ушел в работу, днем и ночью пропадал на ферме. Положение на ферме значительно улучшилось, все хвалили нового заведующего. Но у Тунук было неспокойно на душе: Салмоор очень изменился. Он уже не шутил, как прежде, вечно ходил хмурый, озабоченный. У него появился какой-то нездоровый интерес к деньгам. Со временем он стал утаивать от нее свои дела, секретничать. Теперь Тунук не работала, потому что Салмоор и Кара-бай были против, мол, ты все-таки жена заведующего фермой… Тунук часто спрашивала себя: «Что случилось с Салмоором? Отчего?..»