Золотой кол
- Автор: Отунчиев Элуубай
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: А. Атамбаев
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Золотой кол». Краткое содержание книги:
В повести «Дорога» действие происходит в годы Великой Отечественной войны в одном из колхозов Киргизии. Автор показывает нелегкую жизнь девушки Тунук, ее драматическую судьбу, в которой переплелись элементы старого и нового уклада жизни.
Остальные произведения затрагивают социальные, морально-этические проблемы, они посвящены жизни тружеников села.
«Сколько положено. Как все, так и я».
«Ну, как знаешь!» — сказал Сатар. Потом долил водки в стакан и плеснул себе в рот.
Дорога шла теперь по болотистой низине. Эта низина издавна называлась Сасык-Булак — Гнилой родник. Здесь и в самом деле был родник, питавший небольшое озерцо посреди низины, поросшее по берегам камышом и тростником.
— Помню, как я на свадьбу Тунук шла через эти места, — заговорила Уулча. — Одна шла, ночью… Мужики поехали за запчастями, а вернулись, когда солнце село. А мы пахали вот это поле, за низиной. Дождалась я их и побежала…
— Ты вовремя пришла, — вставила Кербез, — на все готовенькое!
— Подкалываешь! — Уулча засмеялась. — Так тебя же в тот день специально от работы освободили, чтобы ты помогла Тунук к свадьбе все приготовить. А я целый день в пыли, мазуте… Ты бы на моем месте ноги протянула.
— Небось поэтому и ушла из трактористок?
— Да хватит вам! — вмешался Карагул. — Опять взялись за свое! Лучше вспомним молодые годы. Сколько хорошего, оказывается, было. Как вспомнишь — будто снова помолодеешь… Рассказывай дальше, Уулча!
— Ну, слушайте! — начала рассказывать Уулча. — Помню, уже темно было. Страшно мне. Взяла палку покрепче и пошла. Иду и дрожу от страха. Каждый шорох в ушах отдается. Один раз лягушка из-под ног выпрыгнула, так я как заору! А когда показался аил, помчалась я во всю мочь, будто черти за мной гнались. А до того еле ноги передвигала от усталости.
— Я уж думала, что ты не придешь, — призналась Тунук.
— Я сама боялась, что по дороге помру от страха! — засмеялась Уулча. — Подошла к твоему дому, а свадьба только началась. Балбан-апа первой, по-моему, говорила. До сих пор помню ее слова: «Счастье не приходит само, и никто не подарит его вам, дети мои. Ваше счастье — в ваших руках! Уважайте друг друга, умейте выслушать, простить. Это уже залог счастья. Вы еще молоды, все у вас впереди. Ну-ка, пусть у молодых будет всегда светло на душе! Подымем за молодых!» — сказала Балбан-апа и подняла свой стакан. А потом кто-то как закричит: «Ой! Уулча пришла!»
— Это я была, — вмешалась Кербез. — Еле глазам своим поверила, когда тебя увидела!
— А помните, как пела Балбан-апа? — перебила ее Уулча.
— Это под конец, что ли? — спросил Карагул.
— Ну да, — подтвердила Уулча и стала опять вспоминать: — Помню, дали ей снова слово, а она, Балбан-апа, говорит: «Спасибо вам, родные мои, за уважение. Я уже сказала, что хотела, и поэтому, если вы не против, лучше спою… Помню, когда к дочери бая сватался простой киргиз, то родичи бая пели с издевкой:
Теперь-то не спрашивают, за бедного девушка выходит или за богатого. Спрашивают — за хорошего парня или за плохого. Время такое, не то что прежде… Но и в старину бывали хорошие обычаи. Мне, например, очень нравилось, как провожали невесту из родного дома. Все родичи провожали: мать, братья, сестры, тетки, джене. Плакали, конечно. Ах, какие были мастерицы плакать! Вот вы смеетесь, потому как вам непонятно. А я до сих пор помню эти песни-плачи…»
Уулча помолчала немного, потом продолжила свой рассказ:
— Тут все стали просить, чтобы Балбан-апа спела. А она и отказываться не стала, как запоет, а голос у нее такой молодой, звонкий! Я до сих пор ее песню помню:
Когда она допела, все гости в ладоши хлопать, кричать начали: «Молодец, Балбан-апа!», «Наша Балбан-апа, оказывается, настоящий акын!» Балбан-апа подождала, пока все успокоились, а потом повернулась к полному чернобородому мужчине, сидевшему на почетном месте. Это был Карабай — двоюродный брат Салмоора.
«Дорогой сват! У нашей Тунук нет ни отца, ни матери. И родичей близких нет. Берегите ее, не обижайте. Она будто родная дочь мне. Помню, в старину, выдавая дочь замуж, мать пела:
Вот и мы отдаем вам свою дочь. Берегите ее!..»
Карабай засмеялся: «Конечно, конечно! Не беспокойтесь, уважаемая!»