Дочки-матери, или Во что играют большие девочки (Сборник)

А на «Итси» я покупала голубой сарафан, в котором мама бегала на свидание с Митькой Кабышевым, и платье в гроздьях сирени, в нем она ходила на репетиции в театральный кружок, и еще то, что осталось ей от сестры Наденьки – с морским воротником, отрезной талией и юбкой-полусолнце.

Но денег у меня всегда меньше, чем вероятных маминых платьев, поэтому я выбирала придирчиво, по сложной системе, которая основывалась на ее рассказах и чужих семейных фотографиях, выцветших настолько, что люди на них будто растворены в вечном июльском солнце, даже те, на которых бобровые шапки и цигейковые воротники. Следовало отыскать единственно верное платье, чтобы я приехала в нем к маме, а она сказала: «Точно в таком я с папой на первое свидание ходила, тридцатого апреля. Только мое синее было».

И был у меня еще один критерий, мой личный: я покупала только те платья, которые показывали красивые девушки. Если на манекене или женщине обычной, я не брала, даже самое подходящее. А вот когда хрупкая брюнетка с белой кожей одной рукой поправляла на тонкой талии широкий пояс, другой убирала от лица кудрявую прядь, я тут же тащила в корзину. Потому что кроме маминых воспоминаний я еще хотела купить чужой красоты.

С тех пор многое изменилось, я теперь выбираю платья не только без прошлого, но и без будущего, шелковые китайские однодневки, которые не переживают даже сильного ветра. Но по-прежнему ищу те, что носят бестелесные девочки с фарфоровыми лицами, бледные куколки нечеловеческой природы, не такие, как я, не такие, как вы, а бесполезные в обычной жизни наброски женщин. Потому что кроме одежды мне еще хочется купить немного бессмертия, которым обладает только прозрачная подложка конфетного фантика, найденная между страниц дедушкиной книги.