Теорема Столыпина

— Ндааа? — вот и все, чего добился.

И знаю, что это „ндааа“ разрастется за год. Знаю, что проснутся к новой жизни. Знаю, что скажут: „Где ж мы раныпе-то были?“»259.

Кстати, выдающаяся культурная работа Строганова, его вклад в подъем крестьянских хозяйств, а также организацию кооперативов в уезде была отмечена ГУЗиЗ, наградившим его знаком отличия за особые труды по землеустройству и денежной премией в 300 руб. (такую сумму получали лауреаты конкурса Романовых). Он был первым народным учителем, получившим эту престижную тогда награду.

Больше всего Юрьевского в Сутормине и Конной поразило настроение крестьян: «Вместо обычного мужицкого типа, смотрящего на интеллигента исподлобья, видящего в нем „барина“, с коим у него, мужика, ничего не может быть общего, мужика, отвечающего на задаваемые ему вопросы крайне неохотно, недоверчиво и опасливо, во всем к тому же видящего подвох, вы в Сутормине встречаетесь с редкою пока разновидностью культурного крестьянина.

Мужик как будто бы и тот же на первый взгляд — с внешней стороны, но вся жизнь, все помыслы, речь и настроение его совсем уже иные. Нет забитого, ничему не доверяющего и озлобленного сельского обывателя — и вместо него народился гражданин обновляющейся России»260.

Конечно, Юрьевский знает, что таких культурных гнезд, как Сутормино и Конная, в смысле достигнутых результатов, в уезде пока немного, но ведь они разверстались первыми.

Все селения, которые пошли вслед за ними дают множество промежуточных вариантов — от состояния, почти не отличающегося от общинного, и до «форм севооборотов и обработки земли, близких к совершенству».

Здесь все зависело от времени, прошедшего после разверстания и степени обслуженности конкретного селения агрономическим персоналом, доступности сельскохозяйственного кредита и, наконец, от наличия или отсутствия таких «культурных работников и пионеров фермерского хозяйства», как учитель Строганов.

«Как бы то ни было, общая физиономия Сычевского уезда по сравнению с недавним прошлым резко изменилась. Куда бы вы ни кинули свой взор — повсюду селения или уже разверстались на хутора и отруба, или готовятся разверстаться, т. е. подали в комиссию приговор о желании перейти на отрубные участки» — так завершает Юрьевский свой рассказ261.