Белый морок. Голубой берег

Более недели утюжили спутники Синило запавшими животами пыльные супески перед двумя рядами колючей ограды, которыми был опоясан со всех сторон район строительства. Сделав подкоп, они проникли в запретную зону, однако возвратились в отряд, можно сказать, с пустыми руками. Точно удалось установить лишь то, что равнинную, почти трехкилометровую, полосу, затиснутую с двух сторон лесами, интенсивно разравнивают бульдозерами и скреперами немецкие специалисты, в зону днем и ночью завозятся по наспех проложенной от железной дороги ветке разные строительные материалы, арматура, цистерны с горючим. Синило высказал догадку: под Коростенем гитлеровцы сооружают аэродром. И предложил, не дожидаясь, пока строительство будет полностью завершено, а следовательно, и значительно усилена охрана, немедленно учинить на этот объект налет, вывести из строя землеройную технику, сжечь бензохранилище и все существующие сооружения, беспощадно прочесать огненным гребнем строительных спецов из фатерлянда.

Конечно, предложение Семена Синило заслуживало самого пристального внимания, однако Артем с Ляшенко, поразмыслив, не приняли его. Отряд к тому времени уже завершал последние приготовления к операции в Пуще-Водице, и они не стали откладывать так всеми ожидаемого похода под Киев. И все же категорически «Огненный гребень» (так условно была названа предлагаемая Синило операция) не отбросили. По их замыслу, целесообразнее всего было бы совершить налет на секретный объект вскоре после возвращения из-под Киева, чтобы отвлечь внимание фашистов от Змиева вала, пустить их по ложному следу. Но после всех приключений, выпавших на их долю на обратном пути от Пущи-Водицы, в первую неделю о молниеносном рейде под Коростень не могло быть и речи. Отряд залечивал раны, отпаривал мозоли, вживался в новую обстановку и ежедневно готовился к новым битвам.

— Жаль, какую добычу из рук выпускаем, — при первом же удобном случае непременно напоминал Довгаль командирам о существовании таинственного строительства под Коростенем. — Неужели у нас такие короткие руки, что мы не можем разворошить осиное гнездо? Да поручили бы это дело моему взводу… Пока немчура окончательно не вымостила себе там насест, мои хлопцы как пить дать свечу ей в головах поставили бы!

Артем хорошо понимал, почему Довгалю не дает покоя этот загадочный объект под Коростенем. Всегда как-то так получалось, что в отряде первый взвод был вне конкуренции, а его командира считали настоящим героем. Заграве чаще доверяли рискованные боевые операции, на его долю выпадало больше лавров победителя. Что же касалось Матвея Довгаля, то он со своим взводом вечно оставался в тени, так сказать, на второстепенных ролях. От природы Матвей был человеком гордым, честолюбивым, он тяжело переживал, что всегда плетется в хвосте, не может сравняться с Загравой. И хотя никогда этого, разумеется, не проявлял при людях, однако тайком вынашивал надежду, что в один прекрасный день все изменится к лучшему, он делом сможет доказать: не только Заграва мастак звезды с неба хватать, он, Матвей, тоже не лыком шит. И когда помощники Ксендза принесли весть о засекреченном строительстве под Коростенем, Довгаль втайне твердо решил: я, и только я, со своими хлопцами должен уничтожить это логово!