Дисперсия (СИ)

— В смысле не увидимся?!

Конечно, причиной этому были опять его родители. Все-таки, Томасу с ними очень «повезло». Они уже выбрали за него все — и университет, где он будет учиться, и специальность, а в случае, если он откажется, то придется надеяться только на себя одного, ведь они лишат его финансовой поддержки. И я бы сказала, что это неплохое начало самостоятельной жизни, без зависимости от родителей в любом плане, но что я знала? После развода папа делал все, чтобы я не чувствовала себя обделенной. А в психологическом плане мне помогала семья Эрика, где я могла найти недостающее в моей жизни внимание от мамы, но на этот раз от тети Энии. А что было у Томаса? Пара строгих родителей, которых он привык слушать во всем.

— Может, все не так плохо?

— Ты же их знаешь, — пожал плечами Том, — да и потом, они знают, что делают, и это все в мою пользу. Я думаю, что на каникулах смогу на скопленные со стипендии деньги приехать к вам, если, конечно, ты не собираешься учиться в другом городе.

Я отрицательно покачала головой. Если честно, мне вообще не хотелось пока думать о выборе места, где я буду учиться. Хотелось отдохнуть от школы, хотя бы на год. К счастью, папа меня никуда не торопил. Мы распрощались с Томасом после недолгой беседы и я вернулась к Вивьен. Вид у неё был озадаченный. Очевидно, она заметила, что я не такая веселая, какой была пару минут назад. И я решила ей все рассказать.

— И что же, интересно, ему надо тебе передать? — задумчиво произнесла она, отложив в сторону тарелку с мороженым.

— Я не знаю. У меня никаких догадок.

— Наверное, подарок! — с улыбкой заметила Вивьен.

Мы встали и, убрав за собой со стола, направились к первому магазину одежды. Но на протяжении нашего мини-шоппинга меня все не покидала мысль о Томасе. Он что, реально не сможет приехать в Эдмонтон? Даже на выходные?

Но меня отвлекла Вивьен. Когда мы вышли из третьего по счету магазина, она как-то странно повела себя, застыв на месте, а затем двинувшись в противоположную от того места, куда мы направлялись, сторону. Она шла к эскалатору. Но не к тому, что двигался вверх, а к тому, что вниз. Кажется, она хотела быстрее покинуть торговый центр, так она мне сказала позже, ничего не объяснив. Когда уже на улице я спросила ее, что случилось, она мне, наконец, ответила.

Вивьен заметила старую знакомую из бывшей школы в Монреале. Она никогда не рассказывала об этой части своей жизни прежде, потому что, по ее словам, здесь ей было не очень весело.

— Я люблю Монреаль, но совсем забыла, почему так редко возвращаюсь сюда, — заметила с грустной улыбкой подруга.

— Что же она такого тебе сделала, что ты ее из головы не можешь выкинуть?

— Ну как тебе сказать… это долгая история.

— А ты не торопись, у нас еще полно времени, успеешь по дороге все рассказать. Если, конечно, хочешь, — Вивьен только согласно кивнула.

Она родилась в Монреале. Родители к тому времени уже не жили вместе. Но они все еще поддерживали связь, как друзья. Вивьен бывала в гостях у отца, но первую половину жизни провела у мамы, живя с ней в однокомнатной квартире в центре Монреаля. И в принципе дома было тепло и уютно, но в школе с одноклассниками у нее не очень заладились отношения. Был даже один парень, который постоянно дразнил Вивьен за ее внешний вид. Она была серой мышкой в классе, которой часто делали короткую стрижку и выглядела она так нелепо с ней.

— Маму никогда не заботило, что о ней думают окружающие, поэтому, когда я впервые пожаловалась, она сказала, что надо просто игнорировать обидчика. Ну, — Вивьен пожала плечами, — я последовала ее совету. Но это не помогло. Поэтому в следующий раз я решила свою проблему дракой. К счастью, — с улыбкой и гордо заметила подруга, — я вышла оттуда победителем. Обидчик получил, что заслужил. Но меня на некоторое время отстранили от учебы. В тот день я словно зажила новой жизнью.

Вивьен познакомилась с новенькой, которую тоже не очень любили в классе. Они вскоре так хорошо поладили, что Вивьен не заметила, как сильно привязалась к новой «подружке».

— Я подумала, что влюбилась в нее. Наверное, так и было. И она тоже. В общем, — подруга грустно вздохнула, — мы начали встречаться.

— А что ты так грустно вздыхаешь?

— Это было большой ошибкой.

Как позже выяснилось, спустя всего пару месяцев, чувства Вивьен были односторонними.

— Меня попросту использовали. Она чувствовала себя одинокой и очень хотела проверить, какого это быть в отношениях. Я бы никогда в жизни не подумала об этом, если бы она мне сама об этом не рассказала. В общем, я была как неудачный опыт. Она убедилась, что ей совсем не нравятся девушки в этом плане, ей стало противно со мной видеться, и мы расстались. К счастью, в том же году я переехала к папе. Угадала теперь, почему?