Промелькнувший метеор (книга 1)

Должно быть, оттого, что Айганым рано овдовела, да еще потому, что сама едва ли была до конца безгрешна, кого только ни припутывали к ней — русских и казахов, и знатных и незнатных, и молодых и старых. Самый малый слух охотно подхватывали сплетники и сочиняли целые истории. Аульные бездельники всем на потеху добавляли в эти истории новые подробности. Находились и умелые шутники-рассказчики, которым ничего не стоило передавать сочиненную сказку в лицах, на разные голоса, с такими жестами и мимикой, что слушатели смеялись до слез.

Узнавала об этом и сама Айганым. Непристойные россказни доходили и до ее детей. И до Чингиза, жившего далеко от матери в Омске.

Тогда он не придавал сплетням большого значения, а теперь не сомневался в том, что вместе с настоящими бедами эти постоянные насмешки преждевременно состарили его мать.

Она болела еще тогда; еще тогда ее, грузную, потучневшую, мучали одышка и сердцебиение. Но то, что она совсем слегла, одолеваемая тяжелой болезнью, Чингиз узнал только в дни своего возвращения в Омск из похода на Кенесары. Нашлись аулчане-очевидцы, сомневавшиеся в том, что она долго протянет. И Чингиз поспешил в Срымбет, чтобы застать ее живой, чтобы получить материнское благословение.

Айганым почти не вставала с постели. За эти два года она так изменилась, что Чингизу стало не по себе. Приезд сына пробудил на некоторое время ее угасавшие силы. Хотелось поговорить о его дальнейшей судьбе, рассказать ему, что происходит вокруг.

И в Срымбете и во всем Кокчетавском округе произошло много событий. Со слов матери и от близких людей Чингиз скоро разобрался во всем.

Честолюбивый Зильгара, сменивший в свое время Айганым на посту ага-султана, не смог удержать власть в своих руках. Его сын Алибек, заносчивый бездельник и барымтач — любитель угонять чужой скот, не оставлял в покое жителей окрестных аулов. Никакого сладу с ним не было, и возмущенные скотоводы отправляли бесконечные жалобы не только в Омск, но и в далекий Петербург. И власти, убедившись в справедливости жалоб, решили: если Зильгара не может утихомирить своего родного сына, то какой же он ага-султан. На эту должность был назначен тихий Тани, внук Аблая от сына Чингиза. Тот самый Тани, у которого Чорман выпросил в дар любимую ловчую птицу, ястреба Серую Пику. Народ поддержал Тани, ханского потомка, человека благоразумного и спокойного. Подала за него свой голос, лишенный прежней властной силы, и больная Айганым.