Кто там ходит так тихо в траве

— Глупые дети, — сказал я.

— Во, — сказал он. — Точно. А ты умный! И сестра твоя умная, если бы она была здесь. И я тоже прошу — иди ты, пожалуйста, в этот оркестр. Сам иди и сестру веди.

— Нет, — сказал я.

— Почему? — говорит.

— А я не хочу, — говорю. — И в списке меня не было. Я и не обязан, — говорю.

— А кто говорит, что ты обязан? Никто и не говорит. А ты иди и учись.

— Не пойду, — сказал я.

— Ты пойми, — говорит. — Если не будет полного списка, окажется мало денег, и педагог вообще не захочет с остальными заниматься.

— Ах еще и деньги платить? — говорю. — Нет, я не пойду. Да с чего вы взяли вообще, что я хочу? Не хочу я заниматься музыкой! Да еще за деньги.

— Да при чем тут деньги?! — говорит. — Не в деньгах дело. Ты про деньги не думай, и про то, что не хочешь, — тоже не думай. Ты просто иди и учись музыке.

— Бесплатно? — говорю.

— Почему же бесплатно? За плату.

— Не пойду, — сказал я.

— Вот заладил: «Не пойду — не пойду. Обязан — не обязан. Должен — не должен. Деньги — шменьги»! Да пойми ты, куриная твоя голова, что идея важнее.

— Какая еще идея?!

— Да я же объяснял тебе, что половина-то детей хочет заниматься, но если вторая половина не придет, — и заниматься не будет и денег не даст, — то и первая, желающая половина, откажется, потому что вдвойне платить дорого. Что́ значит, что ты не хочешь? Ты не хоти, но иди и деньги плати. Спасай положение, идею спасай, понял? Потому что одна половина заниматься в струнном оркестре хочет.

Надоел он мне — ужас. Да к тому же, как-никак, а говорил он верно: что же, те ребята, которые хотят, учиться музыке не будут, раз другие, подлецы, отказались? Это несправедливо.

— Ладно, — сказал я. — Я приду. А когда занятия?

— Вот так-то, — сказал он. — Не сразу, но разобрался. А занятия уже сегодня, в семь вечера, в красном уголке. Знаешь, где красный уголок? В третьем подъезде, внизу. Как твоя фамилия?

— Громов, — сказал я, и он записал мою фамилию и номер квартиры.

— А деньги? — спросил я. — Сколько нужно и когда?

— А об этом ты не думай. Нечего детям о деньгах думать, рано. Деньги я сам буду собирать с родителей. Сам буду ходить по квартирам. Ну, пока. Учись музыке как следует.

И он ушел.

Я подумал, что очень странно я с ним говорил, много. Обычно я стесняюсь. А здесь вдруг много наговорил и бойко. На меня это непохоже. Наверное, я сначала смутился, потом обозлился на него, а после уж все само пошло-покатилось.

Пришла мама, и я рассказал ей об этом дядьке и струнном оркестре. Мне показалось, она даже обрадовалась.

— Ну что ж, дорогой, — сказала мама. — Конечно, иди. Надень новый костюм. Хорошо?

— Костюм не надо, не буду, — сказал я. — Это ведь занятия, а не праздник или гости. И вообще я не знаю, идти или нет.