Первое дело Еремея
- Автор: Щепетнёв Василий Павлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Первое дело Еремея». Краткое содержание книги:
И если бы только они...
— Стойте, — скомандовал Брасье. — Подождём, быть может, он издыхает.
Может быть. Кто видел, как умирает активный Сайрин? И сколько он умирает? День? Луну? Поумирает-поумирает, а потом соберётся с силами и такого жару задаст…
Еремей опустил арбалет, наблюдая за чудищем. Тулово обуглилось наполовину, но, похоже, этого было недостаточно, чтобы монструозия умерла.
Сайрин пошевелился. Пошевелился весь, целиком. Он… Похоже, он все-таки может двигаться. Извлекая из земли длинные, напоминающие корни, отростки, он двигался к воде.
— Стреляем. Все в центр! — быстро сориентировался Брасье. Ясно, жаль стрел, но ещё жальче победы над монструозией. Если сайрину удастся погрузиться на дно, как знать, не восстановится ли он там, во глубине холодных вод?
Белый огонь полыхал на берегу беспрерывно, не успевал сгореть один заряд, как вспыхивал другой. Даже сюда долетал жар пламени Люха-пророка. И Сайрин не выдержал, надломился и рухнул на землю. Ещё две стрелы довершили дело. Тулово распалось.
Еремей оглянулся. Кажется, чего-то не хватает. А, это прекратил надрываться Санни. Ментальная энергия чудовища иссякла вместе с плотью.
Они стояли недвижно. Казалось, даже Брасье не знал, что делать дальше.
Или не хотел.
Наконец, он положил лук на камень — сухой, плоский, тетива не подмокнет, — достал из заспинных ножен меч.
— Идите осторожно.
Еремей взялся за топорище — казалось сподручнее добивать монструозию топором.
Лысый Джон тоже захватил боевой топор, а не меч. Его панцирь, пятнистый, серо-зеленый, заслонил собою сайрина. Прикрывает.
А ведь этот панцирь готовился для Рода, мелькнуло в голове.
Они подошли к крайнему щупальцу. Оно лежало бездвижно, и когда Брасье рассек его мечом, не шевельнулось. Похоже, готов. Но Брасье шёл настороженно, в любое мгновение готовый нанести удар.
Считалось, что жизненные центры сайрина находятся именно в тулове-стволе, и с их поражением поражался и Сайрин. Опыты Настоятеля Амоса, проведенные восемьсот зим назад, показывали, что Сайрин не возрождался из щупалец или жгутов, в отличие, например, от снежной гидры. Процессы деления сайрина проходили в центральной части тулова.
Но то были опыты над замерзшим сайрином. А летом, когда монструозия в полном соку — как знать, на что она способна?
Тулово выгорело. Серединная часть выгорела полностью. И вскрывать нечего. Потеря для науки, ах и увы. Но почему-то сожалений нет.
Еремей ходил меж ветвей, трогал топором щупальца. Недвижимы.
— Джон, отвяжи, друг мой, Санни, — сказал Брасье лысому Джону. Проверим, значит, на собачке, есть ли ментальная сила в щупальцах, или вся сгинула.
Еремей присмотрелся к отросткам-корням. Те ещё шевелились, но вяло. Ходы в земле быстро заполнялись водой.
Санни поскуливал от возбуждения, но это было возбуждение иного рода, чем прежде. Пес просто хотел есть. А тут столько еды!
— Нет. Нельзя, Санни, — одёрнул Джон собаку. Санни обиженно посмотрел на Брасье: «Почему, Хозяин, Я Не Могу Съесть Кусочек? Еды Хватит На Всех».
— Потерпи, дружок. Вернёмся домой, я тебе дам полную миску похлёбки. А это есть нельзя, — Брасье почесал собаку за ухом.
Санни успокоился. Он Ведь Не Какой-нибудь Пес, А Пес Пограничной Службы. Его Жареным Сайрином Не Купишь.
— Похоже, отец Еремей, чудовище уничтожено.
— Да, капитан Брасье. Ваша идея использовать стрелы Люха-пророка блестяще оправдалась, — Еремей со стыдом думал о своей затее — придти сюда с Роном и топором зарубить сайрина. Он и не представлял, что чудовище настолько велико. Хотя, видя сайрина во всей красе, он не стал бы и пытаться.
— Без вас вряд ли бы мне удалось что-нибудь сделать, — ответил любезностью на любезность Брасье, не упоминая медальона. Джон стоял рядом, и Джон был непосвященным.
Медальон…
Еремей снял с себя перевязь, стащил панцирь.
— Что с вами, отец Еремей? Хотите купаться?
— Вода тёплая, — сообщил Джон, попробовав рукой.
— Подземный источник. Оттого Сайрин и выбрал это место.
Еремей снял и медальон, протянул его Брасье.
— Подержите, пожалуйста!
— А, понимаю, — богатырь с уважением посмотрел на священника.
Чего ж не понять. Собака собакой, но следовало проверить самому,
Брасье взял медальон. Еремей отошёл на полшага. Полное ментальное молчание. Ещё полшага. Молчание. Ещё полшага.
Ментальные волны Санни обрушились на Еремея. Пес разрывался между послушанием и желанием впиться в плоть сайрина Так громко, так четко Еремей прежде никогда не ощущал животных.
Ничего удивительного — если из темной комнаты выйти на свет, то первые минуты даже в пасмурный день всё будет слепить. А статис-поле поселения, вернее, рудного месторождения рашшина и было такой комнатой. А медальон — мешок на голове.