От Голливуда до Белого дома [In My Own Fashion. An Autobiography]

Этот вечер дорого обошелся мне и в финансовом, и в эмоциональном плане. На смену неоправданному оптимизму пришел глубочайший пессимизм. Я совершил ужасную ошибку, которую нельзя было исправить. Вернуться в Италию я не мог — это было бы слишком унизительно для меня. Я начал всерьез задумываться о самоубийстве. Новогоднюю ночь я провел в своей комнате в YMCA, пока весь город бурно праздновал наступление 1937 года. Ровно двадцать лет назад в России произошла революция, и все эти годы мама хранила семейную честь. Но теперь пришел наш с Игорем черед, а у меня ничего не получалось. Граф Кассини — обитатель YMCA. Только сейчас я начал понимать, как американцы презирали обедневшую аристократию.

Я пребывал в глубокой депрессии, бесцельно бродил по улицам, поглощенный своими несчастьями, и старался ни с кем не встречаться взглядом. Мой взор был устремлен на сточные канавы, где, как я был уверен, и закончится моя жизнь. Этот период уныния, как ни странно, принес свои целительные плоды и в конечном счете спас меня. Однажды я проходил мимо отеля «Плаза», опустив, как обычно, глаза вниз, и вдруг увидел лежащие на мостовой деньги, много денег. Я поднял их и пересчитал: 175 долларов, целое состояние.

Находка чрезвычайно меня вдохновила. Я счел ее за знак свыше — и действительно, она стала поворотным пунктом в моей тогдашней жизни. Теперь я мог более или менее прилично питаться и вновь обрести уверенность в себе. Праздники закончились, и я встретился с приятелем мистера Риддера из магазина «Сакс», который, в свою очередь, познакомил меня с их главным закупщиком мистером Роем.

Мистер Рой оказался надушенным щеголем, невысоким, но привлекательным и харизматичным, любителем экстравагантных ювелирных украшений. Он расспросил меня о предыдущих местах работы, и я немного приукрасил свой послужной список. Из моего рассказа следовало, что я был помощником Пату, полноценным дизайнером, работавшим над коллекцией. Я показал мистеру Рою свои эскизы, и они ему понравились. «Конечно, я знаю, кто вы, — сказал он. — Я много раз видел вас в баре отеля „Ритц“».

На самом деле я был там один-единственный раз, но не стал разубеждать мистера Роя, что я светский человек и завсегдатай этого бара. Он назвал мне несколько модных домов, куда мне следовало обратиться насчет работы. «Просите не меньше 150 долларов в неделю, иначе они не будут вас уважать, — сказал он. — И не волнуйтесь, я вас поддержу».