Римские войны

XIII. [Suid., s. v. ἁλωνευόμενος]. Остаток лета оба были заняты заготовкой хлеба: Персей молотил (ἁλωνευόμενος) его на полях, римляне — в лагере[1166].

XIV. [Он же, s. v. πιμελής]. Квинт Марций Филипп первый приступал к работе, хотя ему было шестьдесят лет и он был тяжелым и тучным (πιμελής).

XV.[1167] [Он же, s. v. ἁναλαμβάνειν]. В это время к Персею, который мылся и отдыхал (τὸ σῶμα ἁναλαμβάνοντι), кто-то вбежал, чтобы сообщить, что враги близко. Он выскочил из воды, крича, что он захвачен в плен еще до битвы.

XVI.[1168] [Из сборника «О доблестях и пороках»; Val., стр. 561; отсюда Suid., s. v. Περσεὺς Μακεδών]. Воспрянув же духом после бегства, Персей (Περσεύς), беззаконно убил Никия и Андроника, которых перед тем посылал потопить в море его деньги и сжечь суда[1169]. Вновь получив в свое распоряжение и деньги и корабли, он видел в них свидетелей своего позорного страха, о котором они могли сообщить и другим; с этого времени он сразу переменился, сделался жестоким и равнодушным ко всем; в его суждениях не осталось ничего ни здравого, ни разумного, и он, которого раньше было легко склонить на хорошее решение, который был проницательным в составлении планов и очень смелым в бою, исключая случаев, где он ошибался по неопытности, он сразу сделался тогда, когда счастье начало его покидать, неожиданно трусом и неразумным, быстрым, внезапно переменчивым и неискусным во всем. Это можно наблюдать на многих, что с переменой положения они становятся менее рассудительными, чем раньше.

XVII. (Из сборника «О посольствах»; U., стр. 369]. Родосцы отправили к Марцию[1170] послов поздравить его с таким благоприятным положением дел в войне против Персея ([Περσεῖ])[1171]. Марций внушил этим послам, чтобы они убедили родосцев отправить в Рим посольство с предложением (быть посредниками) для прекращения войны между римлянами и Персеем. Услышав это, родосцы переменили свой взгляд, решив, что дела Персея не так уже плохи: ведь они не могли себе представить, чтобы Марций давал им такое поручение без ведома римлян. Но он и в этом случае и во многих других действовал лично от себя, по своей трусости. Родосцы, тем не менее, отправили послов в Рим, а других — к Марцию.