Римские войны

VIII.[1112] [Оттуда же; U., стр. 360]. Вторично Фламинин встретился для переговоров с Филиппом у Мелийского залива, и так как здесь родосцы[1113], этолийцы и царь атаманов Аминандр обвиняли Филиппа, то Фламинин велел Филиппу вывести гарнизоны из Фокиды и чтобы обе стороны отправили послов в Рим. Когда это было сделано, эллины в римском сенате просили, чтобы Филипп вывел из Эллады три гарнизона, которые он сам называл кандалами Эллады: во-первых, из Халкиды[1114], который угрожал Беотии, Эвбее и Локрам; во-вторых, из Коринфа, запиравший Пелопоннес как бы воротами, и в-третьих, тот, который находился в Деметриаде[1115], который наблюдал за этолийцами и магнетами; сенат спросил послов Филиппа, что царь думает об этих гарнизонах, а когда они ответили, что не знают, то сенат сказал, что пусть Фламинин сам решит и сделает, что он найдет справедливым. С таким ответом послы вернулись из Рима, Фламинин же и Филипп, ни в чем не договорясь друг с другом, вновь обратились к военным действиям.

IX. [Оттуда же; там же]. (1)[1116] Побежденный вновь[1117], Филипп послал вестника к Фламинину относительно мира. Фламинин вновь разрешил ему встретиться с ним для переговоров, хотя этолийцы очень негодовали и клеветали на него, что он подкуплен подарками, и жаловались, что он так легко во всем меняет решения; но Фламинин полагал, что ни римлянам, ни эллинам не выгодно, чтобы после уничтожения Филиппа возросла сила этолийцев. А может быть, и неожиданность победы заставляла его удовлетвориться этим. И, назначив место, куда должно было явиться Филиппу, он велел, чтобы прежде союзники по городам высказали свое мнение. Речи других[1118] были полны умеренности, так как они с подозрением смотрели на непостоянство счастья, что доказывается тем, что пришлось испытать Филиппу, и считали, что он претерпел это несчастье не вследствие слабости, а от стечения несчастных обстоятельств; но Александр, глава этолийцев, сказал, что Фламинин, видимо, не знает, что ни римлянам, ни эллинам ничто другое не принесет пользы, кроме уничтожения власти Филиппа[1119].