Лёха — сокрушитель Вселенной

А ещё из тех фильмов Лёха вспомнил, что лучшим оружием против зомби является помповый дробовик, который можно красиво перезаряжать, как это делал Терминатор.

— Это, бля… — произнёс Лёха. — Валыну бы надо тогда. Огнестрел. Пекаль хотя бы. Но лучше дробаш, с дробашом ваще чётко будет, бля буду.

Ледовласый его явно не понял.

— Ну, бля… — продолжил Паладин. — Пушка, я у тебя видел, матёрая. Беспощадная, бля.

— То, понимаешь, артефакт древний, только мне доступный, — сказал Вождь. — Так что, чем смог, я тебе помог. Такая вот загогулина.

Лёха на мгновение заподозрил Вождя в обмане, хотел уже было подтянуть его за слова, но быстро и благоразумно передумал, поняв, что отжать револьвер у Ледовласого всё равно не получится. Да и с такого авторитета захочешь — не спросишь.

Но всё равно, идти без оружия на подобную миссию — вернейший способ быстро подохнуть. Поэтому Лёха решил ещё немного обнаглеть.

— Это, бля… Тогда хоть дрын какой-нибудь дайте. Меч там, или хотя бы ножик. А то как лошара, бля, без меча.

Из толпы снова выскочил магистр Тинориус.

— Твоё оружие — божественная Сила! — прокудахтал он, костлявым пальцем указывая на Лёху. — Настоящему Герою не нужен ни меч, ни арбалет, а только благословение Богини!

— Слышь, отец, я тебе щас бороду повыдергаю, бля, добазаришься, — пригрозил Лёха, и колдун поспешил скрыться среди своих коллег.

— Тинориус прав, понимаешь, — сказал властитель русаров. — Ты же Богиней избран.

— Ясно, бля, — буркнул Паладин. — Пошли, Охрютка. Или как там тебя. Веди.

Крестьянин, услышав своё имя из уст Героя, подскочил, засобирался, натянул многострадальную шапку, понял, что в присутствии Вождя её лучше снять, снова снял, затрясся, пошёл к выходу, остановился, обернулся, глядя на Лёху. Тот пихнул его в плечо, мол, пошли давай. Все присутствующие провожали их долгими взглядами. Напоследок опять грянули фанфары, а как только они покинули тронный зал, Герой услышал, как началось бурное обсуждение.

— Нам кости перемывают, суки, — буркнул он.

Охрютка подскочил и остановился, испуганно глядя на Паладина.

— Да пошли уже, бля, — Лёхе снова пришлось толкнуть его для ускорения.

Чумазый мужик не вызывал у него никаких эмоций, кроме снисходительного презрения. Будто бы Лёха повстречал похмельного трясущегося бомжа, собирающего у прохожих мелочь на фунфырик боярышника.

— Что за имя дебильное у тебя, Охрютка… — процедил Герой.

— Так же ж с каким уродился! — охотно ответил мужик, но вопрос был скорее риторическим.

— Я бы за такое имя бате точно морду бы набил… — рассудил Лёха.

Они снова шли по бесконечным коридорам, но открывать карту Лёха справедливо опасался, ведь он так и не понял, как её закрывать. Благо, крестьянин уверенно поворачивал в нужных местах, и вскоре они спустились к выходу.