Муж и жена – одна сатана

«Поцелуй Иуды», – откомментировал Лютер. Но раз просят, отрёкся:

«Признаю, что был неправ, когда сказал, что индульгенции есть «благочестивое надувательство верных». Я отрекаюсь от своих слов и говорю: “Индульгенции следует рассматривать как нечестивейшее мошенничество и плутовство со стороны негодяев-пап, с помощью которого они обманывают души и лишают верных их добра”».

После этого «отречения» церковным властям Саксонии от курии поступило тайное распоряжение: «Арестовать Лютера и сопроводить в Рим».

Тецель сотоварищи потирали руки, сушили дрова, торопя час, когда смутьяна подадут папе на горячее… Чёрные планы «шайки злодеев» смешал благоверный честный человек – курфюрст Фридрих122.

Понимаю, Серкидон, лезть в словарь Вам не хочется, да и нет у Вас словаря под рукой, поэтому запомните так – Главный Вася… Нет, нет, он же курфюрст, он же Фридрид. Вам будет легче запомнить – Главный Федя по Саксонии. Но этот полный княжеского достоинства справедливый и просвещённый правитель только для Вас, Серкидон, – Главный Федя. Для Лютера он – светская власть Фридрих Мудрый, а для римской курии – Саксонский Лис. Так вот этот Лис вразумил курию человеческим голосом: «Мартин Лютер проповедует в замковой церкви, преподаёт в университете, является государственным достоянием, и вы его не получите».

Можно было приписать в конце «твари позорные», но в Риме и без того поняли.

И верно. Не для того создавался в трудах ставший знаменитым Виттенбергский университет, чтобы растаскивать на дрова тех, кто «сеет разумное, доброе, вечное». Курфюрст Саксонии был мудрым не только по прозвищу, но и по сути. Он хотел оставить о себе добрую память, верша добрые дела. «Виттенбергский университет был его египетской пирамидой», – метко заметил лютеровед Эрих Соловьёв. Джордано Бруно, много позже нашедший приют в стенах университета, назвал Виттенберг немецкими Афинами…

Курфюрст Фридрих поддерживал Лютера до своего смертного часа, незадолго до смерти он сказал: «Наша вера давно уже нуждалась в том свете, который принёс ей Мартин».

Что же получилось? Римская курия клацнула зубами мимо. А кто виноват? «Стрелочником» был назначен «поганец» Тецель. Приехал из Рима грозный кардинал и раздолбал ворона в пух и прах: обвинил в подлогах, хищениях и в наличии двух незаконнорождённых детей… Как будто они об этих детях раньше не знали. Так или и иначе, был Тецель возвращён в тюрьму, где и сгинул. Выходит, заклевал наш Лебёдушка чёрного ворона. Редкий случай для средневековья – добро победило зло. На этой светлой ноте разрешите закончить.

Крепко жму Вам руку, и до следующего письма.