Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921

Газеты сюда пока не попадают, что делается на свете, большинство не знает совсем. Сегодня к нам попала сводка нашего штаба с «последними» новостями от 22 числа: генерал Врангель получил телеграммы от русских политических партий, находящихся в Париже, Лондоне, Риме, Ницце, Константинополе, в которых в различных выражениях выказывается восхищение перед героизмом нашей армии, боровшейся до конца в невероятно трудных условиях. Все партии считают борьбу не законченной, а только временно прервавшейся, предлагают всем русским сплотиться вокруг генерала Врангеля, которого считают главой единственно возможной русской власти, и его героической армии, прийти на помощь которой призывают всех, чтобы облегчить ее настоящее тяжелое положение.

Донцы обращались к Соединенным Штатам с просьбой предоставить им необработанные участки, инвентарь и бесплатную перевозку в Америку с тем, что они обоснуют там колонии. В этом воззвании говорилось, что они «не только воины, но и земледельцы».

Петлюра отошел в Польшу и обезоружен. Генерал Булахович259 продолжает бороться. Отношение французов к нам сочувственное, но в данный момент их внимание отвлечено греческими делами. В Греции возня с возвращением короля Константина. Восстановление Константина будет рассматриваться как утверждение Грецией неприязненных действий по отношению к Антанте и, вероятно, изменит отношение союзников к Греции в неблагоприятную сторону, и предоставит всем трем правительствам полную свободу действий. Между греческими войсками и кемалистами продолжаются бои. В результате одного «упорного боя», по сообщению, кемалисты были разбиты «наголову», причем одни потеряли одного убитым и 12 ранеными и 67 голов рогатого скота.

24.11.1920. С общим котлом дела не особенно налаживаются. Топка в походной кухне мала для дров (она предназначена для угля), а для сырых прутьев, которыми пользуются наши кашевары, совсем не годится. Полдня уходит на то, чтобы довести воду до кипения, поэтому обед сильно запаздывает, а ужин совсем не успевают приготовить. Вместо казенного ужина приходится себе один раз в день самостоятельно подваривать кашу.

По вечерам процветает железка. После ужина садимся в проходе и играем уже на драхмы. Русские деньги идут у нас параллельно с драхмами по расчету 1/2 драхмы – 50 000 руб. (1000 – 1 лепта). В банк, таким образом, сразу ставится и русская, и иностранная монета. Наиболее ходовая цифра банка – это 1/2 драхмы и 20–30 тысяч рублей. Карты у нас отвратительные: 1,5 колоды преферансовых карт и мелочь от двух колод, которая очень легко, даже при нашем тусклом освещении, отличается от старых карт. Обычно все ложатся очень рано, кроме играющих, которые засиживаются до 3–4 часов ночи.