Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921
- Автор: Орлов Георгий Алексеевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-906569-03-5
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921». Краткое содержание книги:
Дневник является не только ценным источником, реконструирующим непосредственно ход боевых действий Добровольческой армии, но и содержит множество бытовых, географических, фенологических, историко-этнологических наблюдений.
Книга предназначена для профессиональных историков и всех интересующихся историей Гражданской войны в России.
Дальше генерал Ползиков указал, что у каждой хорошей части есть традиции, которые нужно строго соблюдать. По его мнению, мы всё время воевали вместе, страдали вместе, делили радость и горе, а поэтому нам нужно всем вместе оставаться до конца, каким бы этот последний ни был. Удерживать он никого не собирается, а запугивать тем более, но предупреждает, что те, которые уйдут, согласно этому приказу, обратно в Дроздовскую артиллерию приняты не будут. «Этим ненадежным, малодушным и ловчилам – скатертью дорога! Возврата им в Дроздовскую артиллерию не будет. Это мое слово и я заручился уже согласием в этом отношении командира бригады генерала Фока». Дальше он просил прежних комбатов и комдивов указать всех малодушных, ненадежных и ловчил, чтобы от них можно было бы избавиться. Сбежавших и возвращающихся солдат он разрешил принять и просил не накладывать на них взысканий, они, дескать, уже наказаны за свою неосмотрительность.
Потом сообщил, что питаться мы будем отдельно от пехоты, что уже выбран бригадный интендант, которому присвоили новый термин «бригинт». Работы по лагерю и наряды за продуктами требуют громадного расхода людей, поэтому пока занятий не будет. Нам обещают обмундирование и ботинки, вывезенные еще из Крыма. Бессапожных, то есть в совершенно развалившихся сапогах, в дивизии около 50%. Флот наш признан, и этой ночью полностью прошел в Бизерту (северное побережье Африки) для ремонта. Относительно признания армии пока ничего не известно. По его словам, генерал Фок озабочен довольно интересным предметом: если нас признают и выдадут пушки, то где можно устроить парк? Несколько комично это в данное время. С пристани в лагерь будет проведена узкоколейка, тогда наряды сократятся и у нас начнутся занятия. На этом он закончил.
Говорил он плохо, с остановками и запинаниями, причем в первой половине речи относительно традиций и приказа о малодушных так сгруппировал свои положения, что сначала никак нельзя было понять, к чему он клонит. Называть же тех офицеров, которые честно воевали и теперь по некоторым соображениям решили уйти, ненадежными и ловчилами – это, по-моему, неправильно. Нужно не упускать из виду, что даже наше ближайшее будущее темно и что вся эта история может окончиться тем, что совершенно неожиданно могут сказать всем, что с этого момента мы предоставлены исключительно сами себе. Генералы, может быть, и пристроятся, а наш брат, который сразу в массе будет выброшен за борт, что он будет делать? Каждый заботится сам о себе, другие о нем не позаботятся.
Из нашей батареи, согласно приказу, уходит подполковник Шапаровский260 (бывшей 4-й батареи), у которого на руках сестра, жена и ребенок.
12.12.1920. Ничего особенного. Началась так называемая обычная, крайне не интересная жизнь. Когда воевали, разве такими представлялись конец военных действий и начало мирной жизни? Тогда хотелось тишины, спокойствия, мирной жизни в нормальной обстановке, без утомительных дневных и особенно ночных походов, без боев, стрельбы, гермидеров. Теперь всё это есть, но нет нормальной жизни и снова хочется, по крайней мере мне, шума, треска, стрельбы и боев, риска жизнью и изнурительных походов, значительно больше, чем такой «спокойной» жизни, какую мы ведем здесь. Некоторые же, судя по их разговорам, предпочитают влачить здесь жалкое существование, чем снова попасть в боевую обстановку, невзирая ни на что, они довольны, что война окончилась.
Играл сегодня опять до ночи на драхмы и снова очень неудачно.
13.12.1920. Жить, в общем, здорово паршиво. Самое скверное, что у нас негде посидеть, все постели размещаются на земле в ряд, всё время ходишь ногами по своим вещам. Нет дощечки, чтобы сделать полочку или столик. Сегодня чернокожие привезли палатки и, ничего не говоря, свалили их около нас и уехали. Мы использовали этот случай и мигом растащили ящик, в котором привезены были окна. Нам с Адамовичем удалось стащить четыре дощечки. Настало время, когда каждой ерунде, на которую в свое время не обращал внимания, радуешься как ребенок. Некоторые где-то в другом месте словчили окна и из рам устаивают полочки.
260
Шапаровский Владимир Митрофанович. Из дворян Екатеринославской губ., сын полковника. Полтавский КК 1910, Михайловское артил. училище 1913. Подполковник артиллерии. Во ВСЮР и Русской армии до эвакуации Крыма в составе 4-й батареи Дроздовской артил. бригады. Галлиполиец. Перешел на беженское положение 11 дек. 1920. В эмиграции на 1922 в Болгарии. Служил в Русском Корпусе. Пропал без вести 18 окт. 1944 под Авалой (Югославия).