Играя с огнем [litres][Playing with Fire]

Гребаный факт. Та покупка на всю компанию тако и коктейлей несколько недель назад – единичный случай. Одна девчонка была сестрой парня, который после боя оказался в реанимации по моей милости. Он угрожал меня засудить, а мне следовало ее умаслить, чтобы девчонка убедила его отказаться от иска. Что он и сделал.

– Допустим, я затусил с Шоу, – вызывающе зевнул я. – Что тут такого? Я полакомился стейком, а не ее киской.

– Ты никогда не лакомишься кисками, – напомнил Ист.

И то правда. Лизать гениталии незнакомок то же самое, что облизывать общественный туалет. Я понятия не имел, в каких местах побывали их влагалища, но учитывая, что мы все учились в колледже, да и не самом хорошем, мое обоснованное предположение таково: везде.

– А еще ты никогда не водил никого на свидание, – гнул свое Ист и наклонился вперед, переходя в наступление. – А ужин очень похож на свидание.

– Я не водил ее на свидание. Я ей помогал.

– Забавно, не припомню, чтобы у тебя имелся комплекс Супермена.

– Один раз, в полнолуние, я раздаю милостыню. Подай на меня в суд, Браун.

– Бред собачий, Сент-Клер. Ты запал на эту девчонку, и мы оба знаем причину.

Ну все. Я стукнул кулаком по столу.

– Все сказал? Если да, то заканчивай в кои-то веки.

Мы просто поужинали. Большую половину этого времени Техас кидала молнии в мою сторону своими ледяными голубыми глазами и молча молилась, чтобы прямиком на закусочную скинули бомбу.

– Думаю, ты увлекся ею. – На лице друга сияла самодовольная улыбочка. – Скажи еще, что она тебя не заводит.

– Она меня не заводит, – не раздумывая ответил я. – Даже если бы заводила, я бы ее и пальцем не коснулся.

Техас была привлекательной, но то же самое можно сказать про восемьдесят процентов девчонок нашего универа. И к ним не шла в придачу драма, заморочки и раздутое самомнение. И еще один бонус – они со мной не работали. Мутить с девушкой, которую мне придется видеть четыре раза в неделю? Ну уж нет.

Не говоря уже о том, что она почти наверняка в постели полный отстой.

– Вот что меня беспокоит. – Ист почесал гладкий подбородок. – Не слишком ее обнадеживай, чтобы не смотреть потом, как она переживает. Если начнешь ее выделять, то она себе всякого нафантазирует. Ты меня понял?

Техас слишком взвинчена из-за своих шрамов, чтобы думать о сексе. Это и так понятно. Ист зря волнуется. Она – единственная девушка в универе, которую я не могу затащить в постель, и, несмотря на мою любовь к здоровой конкуренции, меня это вполне устраивало.

Вот что значит – быть на перепутье в отношении всей своей жизненной ситуации. Я потерял интерес и желание к тому, чего когда-то хотел и преследовал. У жизни больше не было вкуса, запаха и цветов.

Впереди ничего не намечалось, и удовольствие и боль сменились полным оцепенением.

– Все под контролем. – Я вытер рот тыльной стороной руки. – Она не в моем вкусе.