Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]

Как следствие, элемент исторического пессимизма присутствует даже в наиболее утопической американской мысли – за ним возникает конфликт между добродетелью и коммерцией, угрожающий свести всю историю Америки к моменту Макиавелли или Руссо1318. Именно потому, что земледельцы у Джефферсона так или иначе играют свою роль лишь в один из моментов в диалектике прогресса и коррупции, он не может называть их иначе чем «избранным народом» и «особым вкладом» Бога. В конечном счете они не защищены природой, и только благодать и Провидение способны питать и продлевать существование их добродетели. Джефферсон мог апеллировать к Провидению, но не к милленаристским пророчествам; это следовало как из его деизма, так и из его аграрных взглядов, ведь гражданская добродетель, как мы уже не раз наблюдали, хотя и нуждается иногда для самоутверждения в апокалиптической структуре, в равной мере тяготеет к тому, чтобы уступать свой собственный момент кому угодно, кроме незамедлительно ожидаемого Тысячелетнего Царства. В этом контексте интересно рассмотреть вывод Тьювсона о милленаризме федералистов. С одной стороны, он может объясняться тем, что федералисты, наблюдая угасание добродетели с суровостью Катона, видели, что люди подвластны множеству соблазнов, но располагают при этом меньшим числом секулярных гарантий. Таким образом они считали, в большей степени, чем те, кто занимал позицию Джефферсона, что люди нуждаются в содействии благодати. Однако с другой стороны, Тьювсон специально подчеркивает большую роль Коммерции в милленаристской поэзии федералиста Тимоти Дуайта1319. Коммерция – динамическая сила, virtù, гарантирующая, что природа не сможет постоянно поддерживать земледельческую утопию без содействия благодати; но, учитывая союз добродетели и коммерции в экспансии на запад, она оказывается средством, приближающим Тысячелетнее Царство, которое при содействии благодати можно будет взять штурмом. Существовала даже точка зрения, что коммерция выплеснется за пределы западных земель, преодолеет собственную конечность, выйдет за рамки замкнутого цикла добродетели и достигнет подлинно американского Тысячелетнего Царства.