Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925
- Автор: Громова Наталья Александровна
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Эллис Лак
- ISBN: 978-5-902152-83-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925». Краткое содержание книги:
Дан развернутый комментарий, приведены редкие, впервые публикующиеся фотоматериалы.
Через пять дней они возвратятся из Петрограда и примутся за мое откомандирование и проведение в жизнь того проекта, который был нами намечен в вагоне.
Решено ехать в Батум для организации там Художественных Государственных Мастерских. Если состоится наша поездка в Батум, то это, имей в виду, связано с хорошими материальными последствиями для каждого из нас, т. к. там можно хорошо заработать.
Подробное письмо об этом — по возвращении этой компании из Питера в Москву.
Все до конца обдумано, и все свои люди и родные будут хорошо обеспечены. С юга возможно будет присылать продукты. Если все это выйдет, то, значит, через 3 недели я сам буду в Воронеже. Эта неделя многое должна нам с тобой рассказать о нашем будущем.
О тебе: или Москва, или Батум, или Америка.
Обо мне: Художественные — или Москва, или Батум, или Воронеж.
1) О Москве — до встречи с Варварой Григорьевной. Она на днях приедет в Москву.
2) О Батуме — до выяснения дел коммуны.
3) Об Америке — до выяснения вопроса в американском или английском консульстве и в Наркоминделе.
О папе — до выяснения с тобой. Все это разрешится в 3–4 недели. Жди. С первой же оказией вышлю 100 ООО руб. на текущую жизнь.
Приехал в дом Марины. Очень хорошо встретились. Марина получила письмо от Сережи (своего мужа). Ей необходимо не позже, чем через месяц, выехать к нему. Хлопочем в Наркоминделе. Возможно, что Марина поедет со мной в Батум и, конечно, с Алечкой. Для дальнейшего следования необходимо… Этот месяц, вернее, его вторая половина и 1-ая половина сентября — исключительные по своему размаху — коренные перемены в жизни всех нас. Я очень рад за Марину. Ты и я дадим ей письмо к Коле, чтобы он ей немного помог до написания целого ряда книг, что ей даст много денег и славы.
14 августа 1921 г.
Радуюсь и за тебя, дорогая Олечка, что наконец-то ты сошла с «сундучка», и для меня в твоем прекрасном пути открылись широкие перспективы — вплоть до твоего отъезда к Коле хоть на полгода или месяца на три. Буду рад, если вы к нему поедете с Мариной — она знает языки.
Это письмо — летучее. Завтра и все эти дни большие весточки. Давай этот месяц доведем переписку до того, чтобы было ощущение разговора.
Татьяна Федоровна очень больна, и приходится опасаться за ее жизнь. Завтра зайду к ним и встречусь с Чабровым[111] и возьму письма от тебя и Александры Федоровны. Зоя умерла?!!!![112] Да… От Всевы два письма. Очень за него рад. Пишу ему прекрасную весточку. Целуй Володюшку — ему я тоже напишу весточку.
Скажи Веронике, что я жду от нее вестей — ведь она мне не написала ни одной строчки и даже слова… Ей тоже напишу.
Целую крепко тебя, дорогая моя сестра, Олечка. Володя и Всева — «к Маме-Цели». Я и ты — готовы тоже к ней. Собирайся же, сестра, к новой жизни.
Твой Борис.
15 августа 1921 г. Москва
№ 2
Понедельник
Москва
Дорогая сестра Олечка!
Москва — Русь — самое прекрасное, а моя сестра Олечка всего прекраснее! Вот тебе мой короткий ответ на все письма твои, которые я сегодня получил еще из двух источников (Чабров и Сашенька).
Как прекрасно, что ты наконец-то сошла с своего сундучка. Я этому рад, как самому прекрасному, что может быть в моей жизни. Ты реально теперь со мной готова начать цыганскую жизнь. Я верю твоей решимости — ты у нас одна! Хочу сегодня тебе сказать вот что:
Возможно, что я дней через шесть, семь поеду в отпуск в Воронеж — в том случае, если Батум отпадет и, наверное, приеду, если он вырастет, через три недели и остановлюсь в Воронеже тоже не меньше, чем на неделю, и помогу тебе переехать в Москву или решим ехать вместе в Батум.
Если Батума не будет, то мой приезд через неделю или полторы (7-10 дней) обеспечен и мы, ликвидировав с тобой все ненужное в Воронеже и закупив продукты, отправимся в отдельной теплушке в Москву и заберем папу. Комнату я приготовлю или остановимся у одной моей приятельницы (не Марины — есть еще) и подыщем себе комнату через все мои связи и будем жить или все вместе, или, если папа будет очень мешать, устроим его в санаторий какой-нибудь.
А жить нам с тобой по разным комнатам не имеет никакого смысла.
Володю мы заберем проветриться на неделю и подкрепиться в денежном отношении, т. к. это будет возможно — сама догадывай. Я же всю свою наличность тоже пущу в оборот — золото и на эти деньги тоже купим в Воронеже или уездах — продовольствие. Денег у меня может быть с таким намерением приблизительно около 300–350.000 руб. И продав ряд ненужных нам для Москвы предметов — мы сможем обеспечить себя на несколько месяцев, считая, конечно, пайки и наши заработки.
111
Чабров (наст. фам. Подгаецкий Алексей Александрович; 1883 — ок. 1935) — музыкант, актер Камерного театра, режиссер. Был близким другом Скрябина. Он один провожал на Виндавский (Рижский) вокзал 11 мая 1922 г. Марину Цветаеву и Алю, уезжавших в эмиграцию. Цветаева посвятила ему поэму-сказку «Переулочки»: «Алексею Александровичу Подгаецкому-Чаброву — на память о нашей последней Москве» (Москва, апрель 1922). Помогал детям Скрябина (Ариадне и Марине) оформить все необходимые документы для отъезда за границу. С 1923 г. в эмиграции, в 1927 г. принял католичество, в 1931 г. стал католическим священником, получив приход на Корсике.
112
Зоя умерла?!!!! — См. Дневники Ольги Бессарабовой. Запись от 13 июня 1921 г.: «Холерный барак (Железнодорожный). Зоя Петрова умерла в городском бараке (у холодильника) в 2 часа ночи. Не выдержало сердце».