Хааст Хаатааст

Ничего за это время не изменилось в жизни Андрея, кроме того, конечно, что он больше не работал в медвежьей бухте. Он все так же пропускал уроки, воровал и сбывал рыбу и носил на площадку передачи, которые принимал теперь только Никита. Иногда они вместе с Никитой ездили продавать крупные партии рыбы куда-то на южную оконечность острова. Хаасту не составляло труда установить все это, ему достаточно было пару раз в неделю спускаться в поселок на несколько часов и быть в нужное время в нужных местах. Такое положение дел удручало Хааста: если ничего не изменить, то участь Андрея была однозначно предрешена; Хааст не желал мириться с этим. Парень неплохо учится по гуманитарным предметам. Хорошо играет в хоккей. Изобретательный комбинатор и ловкий психолог и продавец. Не дает в обиду и не обманывает тех, кого сам нанял – держит перед ними обещание. Неужели ничего нельзя сделать, чтобы мальчишка перестал катиться вниз по наклонной? Такие мысли не отпускали Хааста; он поизучал в базах данных МЧС историю жизни семьи Андрея в Нижнем Новгороде, но ничего особо примечательного не обнаружил. Тогда он попросил школьного учителя литературы показать ему, с разрешения директора, сочинения Андрея; все они по содержанию были оценены на четверки и пятерки, по грамотности – на тройки. Из текстов на выбор Андрей всегда предпочитал детективные и фантастические рассказы, и сочинения по ним писал взволнованные, полные советов героям и указаний на их ошибки. По обязательному чтению Андрей писал не банально, не повторял заезженные фразы, излагал свои собственные мысли, и похоже, действительно читал произведения, по которым писались сочинения. Хааст обратил внимание, что в его мыслях о героях книжек всегда подчеркивается протест этих героев, их гордость и презрение к окружающим. Даже в песне о Буревестнике, горячо любимом Хаастом шедевре Горького, Андрей писал о протесте Буревестника против жизни гагар и пингвинов. Сам Хааст никогда не видел в этой поэме такого протеста, он так на это не смотрел, но, чтобы удостовериться точно, он прочел сочинения по Буревестнику всех учеников Андреева класса, и никакого протеста ни у кого не нашел. Кроме того, Хааст выяснил в школе одну деталь, которую упустил ранее – у Андрея не было близких друзей. Все эти изыскания привели Хааста к заключению, что Андрей имел внутри не по годам развитый стержень, но ориентированный неправильно; он был уже сложившимся волчонком-одиночкой. Какое-то странное чувство уважения к Андрею возникло и усиливалось у Хааста; его не покидало ощущение, что он встретился с крепким, здоровым растением, по непонятной причине растущим ненормально. Ведь и волки могут трусливо воровать у пастухов овец, а могут охотиться на диких косуль. Андрей за что-то крепко обижен на мир, и с этим ничего не поделаешь. Но у него должен быть выбор, и нужно пытаться задействовать его способности и протест на честном, созидательном поприще. Колония для малолетних преступников – не единственный возможный вариант будущего для него. «Решительно нельзя оставлять Андрея на произвол судьбы», – заключил Хааст.