Потерянное царство. Поход за имперским идеалом и сотворение русской нации [c 1470 года до наших дней]

В апреле 1794 года Екатерина решила поправить дело, начав кампанию по возвращению униатов в православие. Процесс ускорило обращение о переходе в православие жителей двадцати местечек и сел Правобережной Украины – арены долгой и кровавой борьбы униатов и православных со времени восстания 1768 года. Екатерина не только дала согласие, но и решила сделать этот случай примером для возвращения в православие и для остальных. Если понадобится, то применить силу. В пастырской грамоте, написанной и отпечатанной по велению Екатерины, говорилось: “Ведомо каждому, что в смутные времена России великая часть ея подданных, православную греческую веру исповедовавших, быв отторгнута от истинного тела своего под иго польское, вскоре печальными опытами дознала величайшие в свободном благочестия своего исповедании притеснения”16. Императрица же, по словам иерарха, возвратила “под державу свою сей единоплеменный народ”17.

Собственный указ Екатерины генерал-губернатору присоединенных территорий новые задачи российской политики излагал гораздо откровеннее, чем пастырское письмо. Она писала о стремлении “к удобнейшему искоренению унии”, а не только о “споспешестве”18 тем немногим приходам, которые сами хотели ее отвергнуть. Екатерина учитывала возможность больших волнений и сопротивления и ожидала, что губернатор справится с этим. Привлекая земскую полицию, он должен был следить, “дабы всякий непорядок и беспокойство отвращены были и чтоб никто из помещиков, временных владельцев и чиновников духовных и мирских римского и униатского закона не осмелился делать ни малейшего в том препятствия, обращающимся в благочестие притеснения и обид. Всякое подобное покушение яко противу господствующей веры обращаемое и означающее преслушание воле нашей, долженствует быть принято за уголовное преступление суду, подлежащее и влекущее секвестр имения до окончания дела”19.