Август без императора

Действительно, никаких доказательств того, что совсем недавно из умывальника вытащили труп че­ловека в очках. Единственное свидетельство — ту­пая боль в левом плече от удара пистолетом. Ко­нечно, он может снять рубашку и показать плечо, но что толку, кто поверит...

Главный кондуктор и проводник явно считают, что он не в своем уме...

Исимори почувствовал себя ужасающе одиноким. Мысли его вновь вернулись к Кёко.

...Поезд подходил к станции Симоносэки, когда Исимори перешел в вагон номер тринадцать. Он переступил порог и вдалеке заметил Кёко, направ­лявшуюся в соседний вагон. Она была в светло-се­ром, как и платье, жакете.

Пальто вишневого цвета, в котором он видел ее на станции Хаката, Кёко сняла, но он все равно уз­нал ее.

Ноги сами понесли его вперед... Она оглянулась, словно почувствовав его взгляд. Кёко в упор посмотрела на него. Что-то странное сквозило в ее взгляде. Исимори наткнулся на это ’’нечто”, словно на глухую стену, и остановился.

Глаза Кёко не выражали никаких чувств. Они смотрели на него холодно и бесстрастно, как на чу­жого. Взгляд этот поверг Исимори в растерян­ность. Он даже подумал — не ошибся ли? Что-то удерживало его от того, чтобы подойти и заговорить с ней.

Пока Исимори стоял точно оцепенев, Кёко по­вернулась и медленно скрылась за дверью.

Острая боль кольнула в сердце. Желание догнать Кёко пропало. В этот момент перед ним и возникла фигура проводника. Взяв себя в руки, Исимори поведал ему о своих злоключениях, которые на­чались еще на станции Хаката и продолжились в поезде.

Разговор шел в купе проводников. Цугава, слу­шавший его рассказ вместе с главным кондуктором Ямаками, пригласил Исимори сходить с ним на место происшествия. Когда они вышли из купе, поезд уже давно проследовал станцию Симоносэки.

— Следов крови-то нет, — обернулся к Исимори Цугава.

При звуке его голоса Исимори опомнился. Он кивнул. Ничего не поделаешь — нет, так нет.

— Будьте здоровы! — поклонился главный кон­дуктор, часто моргая морщинистыми веками. — Со­ветую вернуться на свое место.

Железнодорожники собирались уходить, считая свою миссию законченной.

’’Может, забрать сумку?” — какое-то время Иси­мори колебался. Потом решительно направился к первому вагону. Открыв дверь, почувствовал, как в него снова впились враждебные взгляды.

Парней в вагоне стало заметно больше. Прибави­лось еще человек пять, теперь пассажиров было око­ло двадцати. Они сели в Симоносэки.

’’Похоже, садятся небольшими группами, — подумал Исимори. — Стараются не привлекать внима­ния, прикидываются простыми пассажирами”.

—         Все в порядке... — послышалось за спиной. Это был Цугава. Положив руку на плечо Исимори, он мягко, словно увещевая, посоветовал:                                 *