Мятежники Гора

— Я мало что понимаю из того, что произошло, — вздохнула Адрасте. — Если вообще хоть что-то понимаю.

— В случившемся, конечно, много неясностей, — огласился я, — но в одном я уверен, тебя похитили, чтобы дать Лорду Темму и его соратникам средство принудить меня исполнять их желания.

— Из-за вашей беспомощной любви ко мне? — не удержалась от смешка она.

— Кажется, у них именно такие взгляды на этот вопрос, — развёл я руками.

— И теперь я здесь, — сказала женщина.

— Как и я.

— Когда-то мы были компаньонами, — напомнила та, кто однажды была Таленой.

— Больше нет, — ответил на это я.

Гореанское компаньонство, если договор не продлён, заканчиваются спустя год после заключения договора.

— Ты бросил меня! — обвинила меня она.

— Всё выглядело именно так, — вынужден был признать я.

Ну не мог же я рассказать ей о войне враждующих видов, о Царствующих Жрецах и кюрах, о невероятном оружии и технологиях, о пугающем соперничестве, от которого могла бы зависеть судьба миров?

— Ты — презренный тарск, — бросила она.

— По крайней мере, я не предавал Домашний Камень.

— Многие мужчины, — заявила Адрасте, — считали меня красивой.

— Ты, и правда, красива, — не мог не признать я.

— И всё же, Ты сбежал от меня, — сердито сказала моя бывшая компаньонка.

— Всё выглядело именно так, — повторил я.

— Может, Ты устал от меня? — спросила она.

— Я бы скорее поверил в то, что тебя можно отвергнуть из-за твоей никчёмности, чем в то, что тобой можно утомиться, — сказал я.

— Я — самая красивая женщина на всём Горе! — заявила она.

— Не неси чушь, — отмахнулся я. — На Горе тысячи тысяч женщин столь же красивых как Ты, а то и красивее тебя. Причём большинство из них носят ошейники.

— Ненавистное животное! — процедила Адрасте.

— Остерегайся, — предупредил я.

— Ни в одной из них не течёт кровь Марленуса! — воскликнула она.

— От тебя отреклись, — напомнил я, — после того, как Ты опозорила Марленуса, и именно это стало причиной твоего заточения в Центральной Башне.

— Нельзя отречься от крови! — сказала Адрасте.

— Верно, — не стал спорить я.

— А во мне течёт кровь Марленуса! — крикнула женщина.

— Возможно, — сказал я.

— Что значит «возможно»? — не поняла она.

— Я вижу в тебе очень немного того, что напоминает мне о Марленусе, — пояснил я.

— Животное! — всхлипнула Адрасте, а потом вдруг бросилась на меня с кулаками.

Разумеется, я легко поймал её запястья и сжал, давая ей почувствовать её полную беспомощность в моих руках. Под моим пристальным взглядом её глаза наполнились страхом. Конечно, она понимала, что мне ничего не стоило, если бы я того пожелал, сдавить её тонкие запястья так, что она сама опустилась бы передо мной на колени. Но я отпустил её, и женщина, отступив к решётке, снова прижалась к ней спиной.